- Вначале - ответы, - Джеймс улыбнулся, ощущая странную расслабленность в теле и удивляясь ей.
- Хорошо. У меня есть основания полагать, что счастье, которое удивительным образом поступает все-таки в продажу — я знаю тех, кто его продает — является не совсем чувством.
- И чем же тогда? - он подался вперед, положив острый подбородок на сцепленные в замок широкие руки.
- Пока не знаю. Видите ли, как Вы и сказали, купить его почти невозможно, а потому и изучить я не могу. Приходится довольствоваться ходом от обратного — изучать несчастье, - Мэри заговорила быстро и отчетливо, разволновавшись и забывшись. Глаза ее заблестели хорошо знакомым Джеймсу образом — только любопытство могло так преобразить лицо. Нервно меряя шагами комнату, она крутила кольцо на пальце и рассуждала вслух.
- Все привыкли к тому, что чувство можно потрогать. Представьте себе мир, где это сделать невозможно — мир, где чувства являются чем-то эфемерным, проявляющимся только в ощущениях, в самом носителе.
- Мне сложно это сделать, но я в состоянии. И что же? - Джеймсу передалось нервное возбуждение, свойственное искренне увлеченным людям.
- Тогда природу чувств изучали бы тщательнее. Нам кажется, что мы все о них знаем — но то, что мы действительно знаем, так это их рыночную стоимость. Все задумываются о суррогатах, о наркотиках на их основе, на их продуцировании, но никто не задумывается об их природе. О том, зачем и почему они есть.
- Интересно. Вы говорили, что счастье это не совсем чувство. Почему Вы так думаете?
- Вы когда-нибудь были счастливы?
Джеймс глубоко задумался. Не дождавшись ответа, Мэри продолжила:
- Я - да. И знаете что? Есть эйфория, есть радость, есть влюбленность — счастье вмещает их всех, и при этом выходит за их рамки. Я полагаю, счастье — это умение, способность. Оно мало зависит от условий, и чаще всего я испытываю его в работе. И более того — я собрала кое-какие сведения о других людях, и у них тоже самое. У них нет многого из того, что считается необходимым условием для счастья — и, тем не менее, они его испытывают. Есть и обратные примеры — большинство аристократов несчастны, хотя никогда и не признаются в этом.
Джеймс долго обдумывал ее ответ, напряженно покусывая губы и потирая лоб, спрятанный шляпой — Мэри заметила шрам, тонким полукругом пересекающий кожу от виска к виску. «Так вот почему он ее не снимает».
- Что ж, вы ответили на мой вопрос, - Джеймс широко улыбнулся, вновь превратившись в самоуверенного продавца, чем вызвал укол раздражения. - Я принесу весь свой товар - могу сегодня, спустя полтора часа. Вас устраивает?
- Более чем, только сообщите стоимость, - сдержанно ответила Мэри, надев маску аристократической выдержанности. Джеймс с хитрой ухмылкой написал заветные цифры на бумажке, девушка глянула на них, глубоко вздохнула и несколько обреченно кивнула.
- Оплата после осмотра товара, - Мэри проводила продавца до дверей. - Буду ждать.
- До скорого, - парень подмигнул ей и покинул негостеприимный дом.
Мэри выдохнула. Сделка ее нервировала, а продавец словно специально пробовал ее на прочность. При этом его речь соответствовала манерам высшего общества, что удивляло и вызывало любопытство. Ей хотелось расспросить про то, как он ведет дела, что успел увидеть, как выглядят клиенты. Но она не решилась.
***
Джеймс, напевая, возвращался. Он не рассчитывал на такую радость — разом сбросить весь товар. Долой переживания о возможной поимке на дирижабле! Долой нервы, долой панику. В кои-то веки он уедет из города чистым — да, немного обидно, что не нашел нового товара. Но зато он нашел потрясающего покупателя, и, возможно, их отношения станут постоянными. Мысленно прокручивая разговор с Мэри, Джеймс напряженно вспоминал, когда в последний раз он ощущал счастье, и не мог припомнить. Эйфорию, радость, удовлетворение — да.
Счастье — нет.
Бодрый шаг сбился на медленную поступь — слова исследовательницы запали гораздо глубже, чем казалось с первого взгляда. В голове стрельнула дикая мысль нарушить принцип и остаться на пару дней подольше — кто знает, что она уже успела открыть и что найдет в будущем? Но Джеймс поспешил ее отогнать.
***
Он едва не врезался в забор вокруг дома покупательницы, куда так стремился — широко улыбнулся, словно пробуя на прочность собственную маску, и постучал.
- Вы вновь опоздали, - вместо приветствия. - Входите.
Джеймс, не переставая улыбаться, снял пиджак и вошел - почему-то его очень веселило легкое и тщательно скрываемое раздражение девушки. Он редко специально дразнил клиентов, но она так мило морщила нос, что удержаться было невозможно.