В лучах специально направленного освещения на камень опадали красные перья. Порыв ветра пронесся по помещению и поднял ткани, что укрывали потайные двери. А перья все падали и не могли долететь до поверхности алтаря, казалось - они зависли на одном месте, но вот же летят!
Люди, увидев это явление, попадали на колени и стали молиться, только одна фигура осталась стоять возле стеночки. Жрец решил все повернуть в свою сторону и объявить это странное явление божественным благословением. Плохо, что конечно мальчишку не вернули просящей матери, но если спектакль изменился, то нужно правильно играть свою роль.
-Да увидят весь род человеческий восхождение божьего духа! – Подняв вверх руки, закричал мужчина в храмовой одежде. – Да преклонятся люди перед светом божьим! – Узкие глазки смотрели на фигуру, укутанную в плащ, и ждали ее полного повиновения, но…
Шаг - колокольный перезвон, шажок – перелив несется под сводами храма, а фигура продолжает очень медленно идти в сторону застывшего жреца. Ее движения были медленными, но решительными и ничто не могло встать у нее на пути! Храмовник делает едва заметный знак и маги что спрятаны по всему периметру здания направили силу в сторону непреклонной фигуры…
Шаг - колокольный перезвон, шажок – перелив несется под сводами храма, фигура даже не дрогнула, не заметила энергии, что попыталась ее остановить. Наоборот маги почувствовали жуткую усталость, а потом и головокружение – магия покинула их тела и, тому не было объяснений.
-Остановись, неверный! К алтарю могут подходить чистые душой посвященные жрецы и просящие с подношением! – Испуганно проговорил мужчина и начал пятиться к трибуне за своей спиной.
-Говоришь «чистые». – Шепот разнесся по помещению и заставил прихожан поднять головы. Им было интересно – кто перечит храмовникам?
Фигура остановилась возле женщины, что сидела около алтаря на коленях. Из-под синего капюшона появилась подбадривающая улыбка.
-Не советую просить в этом храме. Здесь живут падшие люди. – Алые губы двигались, а женщина не могла оторвать взгляда от красных глаз, что мерцали хищным блеском у говорившей.
-Да что ты себе позволяешь … - Закричал жрец и рывком, подавшись вперед, сдернул плащ с лица неверной…
Золотистые взлохмаченные волосы, серые глаза, тонкие брови и широкие скулы – перед ним стояла его покойная дочь. Месяц назад он лично закапывал гроб с молодой девушкой, а сейчас… Элизабет была настоящей, живой и смотрела прямо в его душу своими серыми пронзительными глазами!
-Боги гневаются за обман учиненный служителями новой церкви. – Говорило невероятное явление, так чтобы все слышали. – Отец, ты нарушаешь традиции и здешнее мироустройство. – Полы плаща распахнулись и девушка, вытянув руки, сложила пальчики в жесте мира. – Спасибо что меня ты похоронил по всем правилам и с разрешения богини смерти – Айши и бога начала – Фива. Сыра земля приняла меня как пуховая перина, а моя душа погружена в теплые струи водопада эмоций. – Маленькие холодные ладошки обернули толстое лицо жреца. – Папочка, прошу, не плач. – Но мужчина не мог сдержаться, видя свою любимую дочь. Вот она – живая, но руки холодные, говорит так же как его чадо, но глаза будто покрыты коркой люда. Узы – это видение тронуло нити, что как паутинка висят около человека. Самое ценное – узы и сейчас обращенная богиня нажимала на больную, свежую рану. – Папочка, я люблю тебя …
Мужчина не выдерживает и рывком пытается приблизить тонкую фигуру девушки в свои объятья … В его руках остался лишь воздух, да над алтарем летают красные перья. Не сдерживая своих слез, безутешный отец сталкивается взглядом с женщиной, что «потеряла» ребенка. В измученных глазах отражалась такая же гамма эмоций – отчаянье, боль, неверие и безграничная любовь.
-Приведите ребенка! – Крикнул мужчина в сторону потайных дверей. – Нельзя делать рекламу на ненависти людей.
Через несколько всхлипывающих вздохов мальчик выбежал к матери и прижался к ее груди. Счастливая женщина осыпала лицо, ручки и щечки своего чада поцелуями, а жрец стягивал с себя одежду храмовника. Что-то внутри него дрожало и металось, ища выхода, поэтому белое одеяния божественного служителя стало слишком тяжело. Ко всему прочему еще добавилось понимание, что ни какого бога в этом храме нет, есть лишь сильные маги, техника и актеры, что готовы изображать из себя богов.