-Давай поговорим потом, а сейчас беги в туалет и жди меня. – Натянул мне капюшон на лицо «заботливый» паренек.
Выходила из туалета, так как будто мне перепал лишний кусочек манны небесной. Нет, я не покорная и не послушала Ирбиша - это мое тело потребовало удовлетворить физическую потребность. Плохое тело, неудобное, крылья если не по полу волочатся, то складываются в неудобный горб, хвост приходится обвивать вокруг ноги. Неудобное, но такое приятное.
Бог не чувствует, ни холода ни тепла, ни дуновение ветра, ни запахов лугов или свежей выпечки. Для меня не существует вкуса, а все чувства мы познаем через людей. Самые сложные человеческие задачи для нас игра и иногда мы сами подстраиваем нелегкую судьбу для человечества – развлекаемся. Сами же не любим, если нас пытаются предать либо обмануть. Таких людей мы заставляем страдать. Поймать же Бога это все равно, что исполнить все свои мечты разом, но и сделать это невозможно. Только сейчас я ношу женское тело и чувствую тяжесть сердца и всевозможные запахи. Есть что-то хорошее в этом человеческом обличие…
-Какая послушная. – Оказался возле меня Ирбишь и потянул в сторону узких улочек.
-Сейчас идем к тебе домой, делаем быстренько ребеночка и я уйду. – Шептала я, так чтобы меня услышали.
-Нереально. – Ответил мужчина, подходя к воротам ведущим прочь из города.
-Почему? – Возмутилась я и дернула хвостом. Надеюсь было незаметно под плащом. Главное сейчас крылья держать в виде горбика.
Мы шли по грязным улицам, в сторону городских ворот. Мой нос любопытно следил за тележкой груженной вяленой рыбой. Голодная богинюшка и никто жалеть не хочет. Только волокут и подгоняют.
-Во–первых, у меня пока нет дома. – Усмехнулся Ирбишь и подошел к охранникам возле ворот. – Спасибо этому городу. – Кивнула моя «жертва» и подала дядьке в доспехах несколько медяшек.
-Приходил один, а теперь с горбатой. Эх, бедняк не повезло тебе в жизни. – Хихикнул подло стражник.
-Это кто урод … - Мой рот закрыли и, натянув капюшон на лицо, поволокли из города.
Толпа людей подхватила нас и выволокла за стены города. Впереди расстилалась дорога, а по бокам, просыпались после зимы, поля. Меня же задели слова стражника. Да, что он себе позволяет!
-Тебе так хочется на сутки загреметь за решетку? – Держал меня мужчина и пытался усмирить. – Хотя тюрьма это хоть какая-то крыша над головой. – Вздохнул Ирбишь и, наконец, отпустил меня.
-Все перья помял, невежа. Не знаешь, как с богами общаются? – Зашипела на него, стараясь сдержать подергивание хвостом. – Мне срочно нужна ванна и плотный завтрак, а еще гребень для волос и лавандовое масло для крыльев. Так же нужно вымыть цветочным шампунем хвост, а для ушек купить сережки. Я видела такие в городе Фив, там не надо прокалывать ушко. Помню что замочек там странный. – Предвкушающе говорила я и уже мечтала, как вернусь в Поднебесную.
-У меня нет дома, нет денег для твоих потребностей. – Опустил меня на землю паренек, крылья нервно дернулись, выражая все мои чувства на его слова.
-Ладно, я согласна на стог сена в поле, а потом убегу в храм отмываться и чиститься. – Мои глаза уже искали поле и сено, но … весна! Поле есть, но сено еще не готово!
-Что ж ты не нашла кого посговорчивей, для выполнения твоих планов?
-Я не ищу легких путей. – Буркнула ему в ответ и отвернулась от его насмешливого взгляда.
Не признаюсь же ему, что такая везучесть привалила в его виде. Да и теперь мне даже интересно стало. Мужчина, смотря на мое тело, не притронулся ко мне с желанием обладать! Этот случай надо в летописи занести. Да и потом, если хоть немного по миру похожу, будет интересно с этим опытом дальше в небесном царстве жить.
-Мое полное имя граф Ирбишь Каспий. –Тихо заговорил мужчина, придерживая меня за плечи. Граф? Не встречала бедных графов! – Мое поместье разорилось, когда я был еще ребенком. Отец взял заем у церкви под залог дома. Деньги он проиграл, а у церкви кроме слова божьего есть мечи. Меня и маму выкинули на улицу, но мама попросила отсрочку. Двадцать лет чтобы отдать долг и проценты, вернув себе поместье и доброе имя. – Его рука на моем плече сжалась. – Отец каждый день молился великой Войле и оставлял для нее дары в виде дорогих приправ из-за моря.
Я почувствовала, как рука мужчины наливается силой, но на лице спутника была легкая полуулыбка. Чувствовала его негодование и в тоже время спокойствие.
-Моя мать умерла, стирая чужие вещи, а отец пропал среди множества пьяниц. Мне ничего не осталось кроме как мотаться по свету в поисках работы. В моем городе я не хотел оставаться. Там каждая собака знает меня в лицо и чтобы потешить свою гордость … - Его судорожный вздох не укрылся от моих ушек, а его взгляд так же излучал радость. - … я становился на колени за медяки. – Усмехнулся мужчина, и его рука исчезла с моих плеч. – Вчера еще избили из-за того что я плохо почистил конюшню.