— Повторим? — спрашиваю, кладя руку на ее плоский живот.
— В ванной? — уточняет довольным голосом.
— Можем и в ванной.
Эта ночь разительно отличается от предыдущих. Сейчас, когда нет моих рамок, границ дозволенного, партнерша куда более откровенна в своих ласках. И мне это нравится. Возможно, в чем-то она менее опытна девочек из «Эдема», но с лихвой покрывает это своим энтузиазмом. И я уверен, что нас ждет много горячих ночей.
Когда утомленная и разморенная очередным забегом Рианна засыпает, выбираюсь из постели и надеваю штаны. Достаю из кармана пиджака телефон и кладу на тумбочку возле кровати.
Напоследок оглядываюсь на спящую гостью и тихо прикрываю за собой дверь.
23. Рианна
Первое, что вижу утром, проснувшись, — мой телефон. Я едва не пищу от радости. До последнего не верила, что Илья сдержит свое слово. И хоть с учебой он уперся как баран, по крайней мере у меня есть связь. Уже собираюсь позвонить Лизе, но вовремя вспоминаю, что сейчас у нее экзамен, и неохотно откладываю телефон. А ведь я могла бы быть там, с ней. Если бы не повелась на глупое предложение Ермолаева.
Умывшись, спускаюсь в столовую и иду к тете Кате — та уже хлопочет по хозяйству. И как только хватает энергии на все?
— Доброе утро, милая, — улыбается она, увидев меня.
— Доброе утро!
— Что хочешь покушать?
— А можно я сама сделаю?
Хотя я уже не первый день помогаю тете Кате, все равно каждый раз спрашиваю — не хочу обижать.
— Совсем затосковала? — проницательно усмехается та. Киваю и смотрю жалобно. — Ладно уж. Давай, помоги мне сырников сделать.
Лишь спустя какое-то время все же решаюсь задать вопрос.
— Теть Кать, а вы давно у Ильи работаете?
— Да уж больше десяти лет.
— Он сказал — его сестра покончила с собой…
Женщина вздыхает и смотрит на меня странно.
— Не лезла бы ты туда, милая. Целее будешь.
— Да я просто хотела понять, почему он такой.
— Какой такой?
— Бездушный, холодный, — начинаю перечислять. — Он про смерть сестры сказал таким тоном, будто мы погоду обсуждали.
— Илья — непростой мужчина, — снова вздыхает домработница. — Но он такой, какой есть. Другим уж не будет.
Пока леплю сырники, пытаюсь сообразить, как обернуть беседу так, чтобы побольше разузнать про Дежнева. Но в голову ничего не приходит. Разве что в лоб спросить. Но не хотелось бы.
До обеда провожу время с Катериной — все какое-то развлечение. А после иду звонить Лизке — теперь-то уж точно должна освободиться. Правда, подруга отвечает далеко не сразу.
— Алло, — слышу ее настороженный голос.
— Привет, Лиз!
— Ой, Ри! — с подозрительным облегчением отвечает та. — Рада тебя слышать. А почему твой номер не определился?
— У меня новый. Пришлось сменить.
— Что-то случилось?
— Нет-нет, не переживай, — торопливо упреждаю ее тревожность. — Просто мой мужчина, — едва не запинаюсь на этих словах, — немного мнительный. Вот и перестраховывается.
— А имя-то у твоего мужчины есть?
— Илья.
— И от чего же перестраховывается Илья? — продолжает допрос Калинова.
— Он же бизнесмен богатый — вот и заботится о безопасности окружения.
— Прям такой богатый? — задумчиво спрашивает подруга. — Неужели не может тебе охрану выделить, чтобы встретиться со мной?
Лиза всегда была умной. И сейчас будет непросто убедить ее, что у меня все в порядке.
— Пока у него некоторые проблемы с бизнесом — конкуренты давят, — начинаю импровизировать, вспомнив недавний разговор Дежнева по телефону. — Запретил подвергать себя опасности.
— Лихо у вас закрутилось.
— Самой не верится, — стараюсь говорить как можно убедительнее. — Расскажи, как экзамены? Все сдала?
— Да, сегодня последний. Ты точно не будешь сдавать? Еще пересдачи — можно успеть хоть как-то закрыть сессию.
— Нет, Лиз. Я так решила. Не переживай за меня, — говорю, а у самой в горле ком. И только мысль, что подруга неугомонна и ринется меня спасать, помогает сдержаться.
— Ладно, звони мне. Не пропадай. Надеюсь, твой цербер тебя все же выпустит скоро.
— Как только проблемы уладит, — заверяю ее, мысленно прося прощения за ложь. — А почему у тебя странный голос такой был, когда ответила?