И все так и было бы, если бы не тот день… До последнего я надеялся, что она одумается, что ее любви хватит, чтобы принять меня со всеми недостатками — такого, как есть. Но этого не случилось. Марта ушла из моей жизни, но я навсегда усвоил урок: любовь и чувства — не для меня. Я отлично понимаю, кем являюсь. И не думаю, что кто-то такой же светлый и чистый, как Лукашина, способен понять меня и полюбить таким.
Все, что мне остается, — секс за деньги или услуги. Иногда просто для развлечения. Но Рианна выбивается из привычной схемы. Уверен, в ее голове нет иллюзий по поводу меня. И все же она не сбежала — осталась рядом, когда мне стало плохо. Не бросила, хотя не обязана была помогать. После всех моментов, когда я ломал ее, требовал, брал, она по-прежнему тянется ко мне. Пусть и неосознанно. А ведь этого не должно бы быть. И в этом ее уникальность. Но что с этим делать — понятия не имею. Точно знаю, что соскучился по близости с ней. Яркое ночное видение — хорошее свидетельство тому. А значит, сегодня вечером я это исправлю.
33. Рианна
Я не сплю часов с шести утра. Почему-то глупо верю, что Илья сдержит слово. Вчерашний вечер заставил взглянуть на него иначе. Или помог убедиться в том, что я подозревала и раньше: он не так плох. Хотя один хороший поступок не отменяет остального. Я все помню и знаю, что мужчина далеко не белый и пушистый. Но, кажется, я уже довольно сильно прониклась к нему симпатией, чтобы разочароваться окончательно. По крайней мере, пока.
На завтрак спускаюсь полностью готовая. Лизе звонить не решаюсь — ведь подробностей я не знаю. И боюсь навредить. Тетя Катя сочувственно смотрит на меня, но никак не комментирует мой невыспанный вид. Сейчас мне плевать, что я далека от идеалов красоты. Кофе почти остывает, когда Илья наконец спускается. В его взгляде ищу молчаливый ответ: правду ли он сказал вчера? Не попробует ли снова торговаться? Ведь теперь у него куда больше власти надо мной. И это страшно. Страшно оказаться в заложниках у такого человека, как он. Но куда страшнее, когда знаешь, что в его руках теперь и жизнь твоего близкого.
Я жду чего угодно: холодного отказа в моей просьбе, сдержанного гнева или попытки манипулировать мной. Но я совершенно не готова к тому, как нежно и осторожно он будет касаться меня. Это так нехарактерно для него, что я теряюсь. Таким нежным он был лишь в первый раз… Мысленно одергиваю себя, напоминая, что это всего лишь иллюзия, в которой я — дешевая декорация. Ценой в пять миллионов.
Даже не верю, что он все же отпускает меня. Страх, что передумает, заставляет просто сбежать. Глупо, понимаю. Если Илья передумает, ничто меня не спасет. Но я малодушно списываю лишь на это. И тут вовсе ни при чем то странное чувство грусти, что возникает, когда я смотрю на него и понимаю, что он видит во мне лишь куклу, похожую на его любимую.
Ближе к полудню ко мне заходит Александр и сообщает, что машина готова. Я едва не бегом несусь на улицу. Всю дорогу предвкушаю встречу с Лизой. Утром я не посмела спросить у мужчины, где именно ее держат. Побоялась лишний раз злить. Машина заезжает во двор какого-то элитного жилого комплекса. Судя по всему, очень недешевого.
— Приехали, — произносит мой водитель. — Третий подъезд, второй этаж, квартира двадцать.
— Спасибо, — бросаю, а сама уже несусь к своей цели.
Вот только в подъезде меня ожидает сюрприз — консъержка.
— К кому? — строго спрашивает она.
— В двадцатую, к подруге, — растерянно отвечаю. Та быстро что-то сверяет, а затем открывает мне дверь. Я даже не успеваю сообразить — получается, Илья предупредил о моем визите? Хотя о чем я — у него же наверняка штат помощников на все случаи жизни, которые позаботятся обо всех мелочах.
Выхожу из лифта и останавливаюсь перед нужной дверью. Мне немного страшно. Несмотря на заверения, что с Лизой все в порядке, немного волнуюсь. В итоге все же нажимаю на звонок. А через минуту дверь открывается.
— Ри! — едва не прыгает мне навстречу Калинова. — Проходи! — Она затаскивает меня внутрь и закрывает дверь. А затем обнимает крепко-крепко и ревет. Обнимаю в ответ и тоже начинаю хлюпать носом. Черт, это ведь Лиза! Моя Лиза!
Мы, как две дурочки, стоим в коридоре, ревем на пару.