Он нервно сглатывает и отводит взгляд. Слабак! Черт знает что!
— Я тебя спрашиваю! — стукаю кулаком по столу.
— Да, это моя вина, — обреченно произносит парень, вздрагивая от громкого звука.
— Пошел вон! — рявкаю на него.
Володя даже бровью не ведет — так и стоит себе, убрав руки в карманы.
— Ты понимаешь, что это значит? — устало спрашиваю его.
— Что кто-то так и продолжает на вас стучать, — озвучивает мою же мысль.
Мы встречаемся взглядами на короткий миг. Но мне достаточно, чтобы увидеть в нем полную поддержку.
— Нужен кто-то со стороны, чтобы найти этого ублюдка. Чтобы действительно нашел, — с нажимом произношу я.
Володя задумчиво смотрит перед собой — видимо, перебирает в голове, к кому обратиться.
— Может, лучше попробовать спровоцировать? Чтобы сам себя выдал? — неожиданно предлагает он.
— Как ты собираешься это сделать?
Ответить он не успевает — звонит мой мобильный.
— Слушаю, — отвечаю, не глядя.
— Это очень хорошо, — раздается до боли знакомый голос. Горюнов.
— Чего тебе?
— Фу, как грубо! Я, между прочим, к тебе с отличным предложением. По-дружески, так сказать.
— Ближе к делу, — цежу сквозь зубы.
— Я хочу твои акции в «Заринге». Это во-первых. И торговый центр, который ты подмял под себя на севере. Во-вторых.
— Ты обдолбался, Леша? — с трудом сдерживаю эмоции. — Не боишься, что за подобные предложения у тебя руки станут покроче, а язык и вовсе отсохнет?
— То есть ты отказываешься? — зачем-то уточняет он.
— Естественно.
— Очень жаль. Запомни: ты сам меня вынудил… — многозначительно тянет Горюнов. И это мне совершенно не нравится. Потому что от такого, как он, стоит ждать только гадостей за спиной. А у меня сейчас совершенно не тот период, чтобы отвлекаться на этого шакала. — Поздоровайся со своим хозяином, Рианна. — Слышится какая-то возня, а у меня в груди холодеет. В голове промелькнула мысль: как?! — Кажется, она у тебя не слишком обучена манерам, — с сожалением говорит Алексей. — Но, так и быть, окажу тебе услугу и исправлю это, пока буду ждать твоего положительного ответа.
Пока этот ублюдок несет свой бред, прокручиваю возможные варианты разговора. А заодно включаю громкую связь, взглядом указывая Володе на телефон. Прекрасно понимаю, что нельзя признаваться, насколько важна безопасность Ри. Пока нужно выиграть время, чтобы собраться с мыслями.
— Долго будешь ждать, — сдержанно отвечаю я.
— А вот я так не думаю, — ржет собседеник. — Думаю, ты очень быстро примчишься за этой крошкой. Как только узнаешь, что я опробую не только ее теплый ротик, но и задницу. Ты уже успел засадить ей туда?
Сжимаю кулаки так, что костяшки белеют. И тут же чувствую руку Владимира на плече. Он взглядом призывает к спокойствию, и я коротко киваю в ответ.
— Хочешь пользоваться после меня — валяй, — как можно беззаботнее отвечаю. — Раз уж привык подбирать объедки, то зря замахнулся на торговый центр.
— Думаешь, побрезгую употребить твою девку по назначению? У меня полно голодных ребят, если ты понимаешь, о чем я. Пустить ее по кругу — и будет отличный порно-ролик. Она же умеет хорошо сосать? Или пять миллионов потратил впустую?
Он еще что-то говорит, но я не фокусируюсь на этом. У меня на глазах пелена. Будь он здесь, я бы руками разорвал. Володя видит мое состояние и трясет за плечо, активно мотая головой и делая знаки, чтобы я ни в коем случае не срывался.
— Так что, насколько ценна для тебя твоя цыпа? — прорывается вопрос в мое сознание.
— Делай что хочешь. Мне плевать, — хрипло отвечаю, сдерживаясь из последних сил.
В трубке наступает тишина. Похоже, Горюнов рассчитывал на иной ответ.
— Ты упрямый, Илья. Но я сегодня добрый, так что дам тебе шанс. У тебя три часа, чтобы передумать и дать мне все, что я захочу. Иначе твоя милая крошка пойдет ублажать моих ребят. И да, забыл сказать: у меня громкая связь включена. Так что Рианна все прекрасно слышала…
Нажимаю отбой и оседаю на пол. Отбрасываю мобильный и закрываю лицо руками. Блядь, как?! Как все обернулось вот так?
— Илья Владимирович, — подает голос Володя, — вызову Эльвиру?
— Вызывай, — соглашаюсь.
Мысли в голове похожи на пчел. Они мешают друг другу, роятся, не давая сосредоточиться. Чтобы вытащить Хмелевскую, нужно взять себя в руки. А я… Черт, мне так страшно впервые за долгое время. Наверное, только когда увидел Алю после смерти ее подруги, испытывал нечто схожее. Я никак не могу сосредоточиться — перед глазами заплаканное лицо Ри, которая слушает мои слова. Уверен, она будет реветь. Надежды, что девочка достаточно умна и поймет, что это лишь необходимость, мало. Ведь она там одна.