Он сел рядом, положив ей на колени коробку конфет. Они молчали. Рита пила чай и закусывала конфетами, постепенно успокаиваясь и отходя от пережитого. Присутствие Матвея не стесняло ее, наоборот, делало увереннее, даря ощущение защиты. Сейчас она недоумевала, как ей вообще пришло в голову злиться на него?
Допив чай, она отставила чашку и конфеты в сторону и покосилась на парня:
- Прости. Я повела себя глупо. Я не должна была…
- У тебя были все основания, - перебил он, не глядя на нее. - Это я повел себя глупо. Я ведь даже не хозяин этого дома. Чтобы пригласить кого бы то ни было, тебе вовсе не обязательно спрашивать меня, достаточно разрешения моего отца. А он тебе не откажет.
- О, - только и смогла ответить Рита, смущенная донельзя.
Об этом она совершено не подумала. Ей ведь действительно нужно было спрашивать Игоря Ивановича, а Матвея просто поставить в известность. И никаких скандалов…
- Кроме того, тебе вообще не нужно мое разрешение, – продолжил парень. - Тебе достаточно приказать.
- Ты же знаешь, я ненавижу приказывать! – с отчаянием воскликнула Рита. - И мне ужасно стыдно!
- Прости, - неожиданно вздохнул он. – Я вынудил тебя на это. Подверг опасности…
- Что? – изумленно уставилась она на него. - Ты совершенно ни при чем, это все – по моей вине!
Девушка поморщилась от внезапной вспышки боли. Даже болеутоляющие не полностью убрали последствия удара. Она поежилась, представив, что будет, когда их действие закончится.
- Дурочка, - в его голосе прозвучала нежность. - Не смей винить себя, хорошо? И чтобы больше никаких таких приказов, которые оставляют тебя беззащитной, договорились?
Рита смерила его долгим взглядом и вдруг поняла, что он совершенно на нее не сердится. В его взгляде – только беспокойство за нее, и от этого хотелось разреветься. Ей стоило больших усилий выдавить улыбку и кивнуть:
- Договорились.
- Начнет болеть голова – выпей вот это, - он протянул ей упаковку таблеток, снова заставив девушку почувствовать себя виноватой за все те злые слова, что она бросила ему совсем недавно.
- Спасибо, - пробормотала Рита.
- Отдыхай, - улыбнулся ей парень, поднимаясь.
У самых дверей он обернулся и вдруг подмигнул:
- А Ника я сам приглашу.
Опешившая, Рита провожала его взглядом и несколько мгновений тупо смотрела на закрывшуюся за ним дверь. А затем бросилась догонять:
- Мэтт!
В этот момент она особенно остро пожалела, что не может называть его нормальным именем. Мэттом его звал Алексей, и Рита вполне справедливо считала, что такое обращение Матвею неприятно. Но фамильничать с парнем она тем более не могла.
- Что? – обеспокоенно посмотрел на нее Матвей.
- Я наговорила тебе… Это все – неправда! Я вовсе так про тебя не думаю!
Он усмехнулся:
- Не бери в голову. Меня оскорбляли и похуже. К тому же ты не далека от истины.
Рита замотала головой, приходя в отчаяние от понимания – он ей не верит.
- Неправда. Ты хочешь таким казаться, но на самом деле ты – замечательный.
От его странного взгляда девушка неожиданно смутилась и торопливо ретировалась - в свою комнату.
Рита не хотела тревожить маму этим происшествием, но Матвей все решил за нее, честно признавшись во всем отцу. Игорь Иванович рвал и метал, обвиняя сына в безответственности, порывался отвезти Риту в больницу на еще одно обследование, чтобы убедиться, что она действительно не пострадала, и успокоился только благодаря вмешательству Ларисы Петровны.
Мама Риты известие о нападении восприняла на удивление спокойно, без ахов и охов, и, в отличие от Соболева-старшего, поблагодарила неожиданно смутившегося Матвея. К такому парень явно не был готов, и возмущение отца для него оказалось куда привычнее. Рита едва сумела скрыть улыбку, наблюдая за смешавшимся от чужой благодарности Соболевым. Редкое зрелище.
Мягко пожурив Игоря Ивановича за резкость в отношении сына, Лариса Петровна взяла с дочери обещание, что она ни на шаг не отойдет от Матвея, пока не выяснится, кто и зачем на нее напал. Рита обещала, тем более, что и без того не могла уйти от него далеко. Но парень в качестве телохранителя зарекомендовал себя просто отлично, так что она и сама решила, что лучше держаться поближе. Во избежание.