И, если мы с отцом правы, то Вербинины изначально настроены ко мне враждебно. Знать бы только, почему и зачем это им нужно. Если бы удалось это понять, возможно, и не пришлось бы приводить в исполнение довольно рискованный план по их разоблачению.
Поначалу воодушевленный, я со временем оценил предполагаемый риск. И ладно я, но ведь рискнуть пришлось бы и Рите. А я не хотел подвергать ее опасности. Поэтому я не напоминал отцу о нашем намерении и почти с опаской ожидал, когда он вспомнит о нем сам. Быть может, это и не потребуется, если удастся раскрутить дело с последней попыткой похищения. Если удастся выйти на заказчика… За организацию похищения грозит тюрьма, штрафом не отделаться. И никому не пришлось бы рисковать.
Вот только рассчитывать на подобное особо не стоило. До сих пор следствие не сдвинулось с места, несмотря на добровольное сотрудничество арестованных исполнителей. Но они ничего не знали. Лично с заказчиком не встречались, договаривались через посредника, которого найти не удалось. Бестолковые, не удивительно, что у них не вышло похищение. Хотя меня в дрожь бросает, как подумаю, насколько близки они были к цели. А еще меня настораживает, как это в обоих случаях похитители так подгадали момент, что я оказался в отдалении от Риты? Причем оба раза – по разным причинам. Угадали? Следили? Но слежку бы я заметил, так что едва ли им удалось бы просто использовать подвернувшийся случай.
И, похоже, кроме меня, этот вопрос никого не интересовал. По крайней мере, ни разу не слышал, чтобы его обсуждали. Или, возможно, уже давно все выяснили по этому поводу? Устав гадать, я все же спросил об этом у отца. Так, невзначай, надеясь на взвешенный взрослый ответ. И уж точно не такой реакции я ожидал.
- Интересно, откуда похитители знали, что я буду далеко от Риты? В обоих ведь случаях вовремя подсуетились, - как бы между делом заговорил я о наболевшем.
Отец посмотрел на меня очень внимательно, затем его взгляд стал задумчивым, и в конце концов, после длительного молчания он улыбнулся:
- Отлично, сын. Это прекрасная возможность приступить к реализации нашего плана.
- Что? – я изумился.
Вывод отца из моего вопроса меня ошеломил. Я совершенно не видел связи и уж совершенно не обрадовался, что невольно все-таки напомнил ему о нашей задумке.
- Странно, что ты сам не сообразил, - по его лицу прошла тень недовольства. - Само собой, похитители вовсе не настолько удачливы, чтобы угадать подходящий момент. А значит, им дали знать.
- За нами никто не следит, - уверенно возразил я.
Уж это бы я почувствовал в любом состоянии. Тем более слежку планомерную и постоянную, какие бы профи этим ни занимались.
- К несчастью, никому из нас не пришло в голову проверить машину на наличие прослушек, - чуть заметно усмехнулся папа.
- Прослушек? – непонимающе повторил я.
И тут до меня дошло.
Конечно, джип стоит весь день на стоянке лицея, установить на нем прослушку – проще простого. Едва ли где-то внутри, все-таки стоянка охраняется, и вскрытие бы заметили. Так что наши разговоры в машине никто подслушать не мог. А вот если прикрепить жучок снаружи – то можно легко проследить наши ссоры и перемещения. Хотя ссора была только одна, но все равно, мало приятного вдруг узнать, что за нами подсматривали.
- На стоянку заходят и ученики, и преподаватели. Еще охрана. Любой мог… - заметил я.
- Любой. Например, Алексей, - согласно кивнул отец.
- Все-таки ты уверен, что это Вербинины?
- А ты сомневаешься?
Я пожал плечами. Я почти не сомневался, Вербинин очень хорошо подходил на роль злого гения нашей семьи, но все же, я так долго знаю эту семью, что мне просто не хочется верить, что они действительно виновны. Но жизнь до ужаса несправедлива, и то, во что веришь, часто не соответствует действительности.