Следовало признать, она напугалась. И ругала себя за несдержанность и длинный язык, потому что одно дело – вынужденное сосуществование с человеком, чья жизнь зависит от нее. И совсем другое – дружба с тем же самым человеком. Тем более, что другом Матвея она никак не представляла, слишком он для этого был хорош. Да она вообще не представляла, что с ним можно вот так, по-свойски, разговаривать!
И при всем при этом он не забывает о контракте, ни на секунду.
Рита разволновалась настолько, что даже домашнее задание выполнила кое-как, а за работу и браться не стала, не в силах сосредоточиться. И с трудом заставила себя выйти к ужину, хотя никаких причин для такого иррационального волнения не было. Подумаешь, потрепал макушку… Правда, в тот момент он впервые к ней прикоснулся без злого умысла. Возможно, это достойный повод для паники. Вдруг он решит кардинально поменять свое отношение к Рите? Вот только поручиться, что изменения будут в лучшую сторону, девушка не могла.
Но, к ее удивлению и облегчению, Матвей во время ужина вел себя совершенно обычно. Так же, как и в последние несколько дней. И Рита успокоилась. Не бывать им друзьями. Для него она навсегда останется только девочкой, по странной прихоти судьбы ставшей его хозяйкой. Возможно, он смирится со своим положением, но проникнуться теплыми чувствами к Рите едва ли сумеет. Даже если она будет сама навязываться.
Вот только она не будет. Пусть она наивна, но все же понимает, какие они с Матвеем разные люди. И, даже признаваясь самой себе, что ей очень понравилось выражение его симпатии, Рита не строила иллюзий. У них нет ничего общего, и быть не может. Больше никаких попыток разговорить его или сблизиться с парнем – ради собственного спокойствия. Отныне только – ровные рабочие отношения, пока не истечет срок контракта. А потом Соболев и думать забудет о Рите.
И это даже правильно. Где он, и где она – нищая девчонка, только лишь мечтающая вскарабкаться куда-нибудь повыше. Не самое дно, но где-то близко от него, а Матвей – обласканный судьбой мальчишка, чье будущее предопределено и сверкает яркими красками. Лучшее образование, работа по душе, которую обеспечит для него любящий отец, высшие слои общества, в которые он вхож по одному лишь праву рождения… Нет, их два мира никогда больше не пересекутся. А свое недолгое контрактное рабство Матвей постарается забыть, как страшный сон. И Рите повезет, если у него это получится. Потому что иначе… Рита даже себе не признавалась, что боится того, что будет после завершения контракта. Это сейчас у Матвея нет выбора, его жизнь зависит от нее целиком и полностью. А вот потом… Едва ли ему понравится, что где-то в мире живет некто, имеющий право говорить, будто владел им. А с возможностями Соболевых устранить это досадное недоразумение проблем не возникнет.
Рита старательно отгоняла от себя подобные мысли. И тщательно выдерживала дистанцию между собой и Матвеем. Впрочем, казалось, что его это полностью устраивает. Он не пытался заговорить с Ритой иначе, чем по делу, в Лицее все так же сторонился девушки, делая вид, что не знает ее, и только на репетиции отвозил исправно и без напоминаний.
Группа стала отдушиной Риты. Ее состав мало изменился с того дня, как она оставила ее – Никита Леуш, лидер, соло-гитара и второй голос; Соня Ракитина, бессменный барабанщик с исключительным талантом; Андрей Саготин, бас-гитара, не особо талантливый, но очень усердный. Костяк, с которым Никита начинал. А вот клавишник поменялся, и, как узнала Рита со слов друга, не один раз. Сейчас синтезатор мучил Олежка Лавриков, маленький худющий паренек, берущий не столько умением, сколько задором. Собственно, именно поэтому он в группе и задержался – за способность всем поднять настроение и заразить воодушевлением.
Матвей с изрядной долей презрения называл Олежку клоуном, а всю группу – квартетом. Тем самым, из басни. Правда, лишь за глаза, потому что с членами группы предпочитал вообще не общаться. Стабильно сидел на репетициях, даже как будто внимательно слушал музыку, но особого удовольствия не демонстрировал.
Рита с первого раза заметила, что между Никитой и Матвеем напряженные взаимоотношения. И встречи трижды в неделю их успокоению отнюдь не способствовали. Оба относились друг к другу довольно предвзято, и менять своего мнения явно не собирались. С существованием друг друга они мирились довольно нехотя, и Рита не понимала, почему.