- Нет, конечно, - опешил я.
Никогда в жизни я не задумывался о подобной необходимости. Не то, что я никогда не поддерживал порядок вокруг себя, но уборкой всегда занимались специально обученные люди, которым отец за это щедро платил. У нас всегда был полный штат прислуги, поддерживающий чистоту в нашем особняке. И мне как-то и в голову не приходило задумываться, на кого легла обязанность заниматься уборкой, и кто следит за домом в отсутствие соответствующего персонала.
- Все-таки избаловал я тебя, - сокрушенно заметил отец.
Я подавил вспышку раздражения – словно он действительно уделял мне хоть сколько-то внимания! И вместо глупых обвинений довольно желчно поинтересовался:
- Так что, это Лариса Петровна взяла на себя привычный труд?
- Она – наша гостья, - укоризненно напомнил отец. - То, что она согласилась готовить для нас – наша удача, она вовсе не обязана себя утруждать. Поэтому я бы ни в коем случае не потерпел, чтобы она занималась этим сама. К тому же наш дом слишком велик, чтобы один человек мог самостоятельно справиться со всем. Но у Лары прекрасный управленческий талант, она организовала уход за домом с привлечением сторонних специалистов, и у нее получается нанимать людей, к которым у меня нет совершенно никаких претензий.
Я мысленно присвистнул – отец, очень строгий к себе, требовал от других того же профессионализма, и заслужить его одобрение в общем-то нелегко.
- Так, и причем здесь твой флирт с... ней? – я все же отказался от нелестных эпитетов в сторону Ларисы Петровны.
- Это не флирт. Мне понравилась то, как она организовала работу приходящего персонала…
- Хочешь нанять ее в качестве экономки? – осведомился я насмешливо.
- Основную мою мысль ты уловил, - как-то расплывчато согласился отец.
- И в чем проблема? Предложи ей оклад больше, чем в ее клинике, она с радостью согласится, - пожал я плечами и осекся под его внезапно потяжелевшим взглядом. - Что?
- Ты полагаешь себя самым умным? – осведомился он. - Оклад – это первое, что я предложил. Но Лара упрямится и слышать ни о чем не желает.
- Почему? – я удивился.
- Если бы я знал, - отец как-то расстроенно вздохнул, мгновенно растеряв всю свою строгость. – Собственно, именно это я и пытаюсь выяснить и, должен признаться, – безуспешно. Лара очень талантливо сопротивляется всем моим попыткам разобраться в причинах, по которым она отвергает гораздо более выгодную работу. Для меня это сродни вызову.
- И ничего личного? – хмыкнул я недоверчиво.
- Ничего личного. – он подтвердил и снова нахмурился: - Но предупреждаю тебя в последний раз – не пытайся лезть в мою личную жизнь, не дорос ты еще отцу советы раздавать. Уяснил?
- Уяснил.
- И раз уж мы здесь, я готов выслушать твои выводы по работе.
- Что? Па, воскресенье, какая работа? Давай завтра.
- Не стоит откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня, - он хмыкнул, окинув меня насмешливым взглядом.
Да, конечно, инициатива наказуема.
Устав маяться бездельем по вечерам, когда нет репетиций, я повадился помогать отцу. Он принял мою помощь без особого восторга, но и отказываться не стал, понимая, что рано или поздно мне придется занять его место. И, раз уж я изъявил желание вникнуть в дела, то отбивать мне охоту смысла отец не видел.
Он поручал мне не особо сложные, но требующие внимания проверки, сверку отчетов, анализ соответствия должностям по дочерним фирмам. С чем-то соглашался, в чем-то поправлял, но в общем и целом оставался мной доволен. А я получал опыт, который мог бы мне пригодиться в будущем.
С последним его заданием я давно справился, просто честно ждал начала рабочей недели. И ныл только из чистого упрямства, не желая показаться трудоголиком. Выполнять поручения отца мне было несложно, но демонстрировать свои возможности слишком рьяно я не торопился. В конце концов, в глазах отца я все еще неразумный мальчишка, и чрезмерное усердие с моей стороны его только насторожит.
В конце концов над моим отчетом мы просидели до глубокого вечера, больше ни словом не упомянув Ларису Петровну.