Не поэтому ли он предпочел поддержать меня, что хотел оставаться поблизости, чтобы первым успеть, когда Рита сорвется во все тяжкие? Без сомнения. Не даром он постоянно выпытывал, как ведет себя моя хозяйка – а я-то полагал, что он тревожится обо мне! И это я обвинял Риту в наивности? А сам-то, какой же дурак…
- Матвей, я же просто старался быть убедительным! – почти непритворное отчаяние.
- Ты отличный актер, - согласился я и повторил: - Рита, идем.
- Никуда она не пойдет! – зарычал Вербинин, лицо его исказила ярость. - Быстро, приказала ему подчиняться мне!
Он рванул к моей хозяйке, испуганно замершей от этого крика, но прикоснуться к ней не успел. Я все-таки врезал ему, чувствуя, как закипает внутри ярость. Еще немного – и сорвусь, просто забью этого лицемера до смерти. Я схватил Риту за руку и потащил за собой. Прочь отсюда.
Она не сопротивлялась, покорно шла следом, ни слова не говоря. Что за умница.
Я долго не мог вставить ключ в замок зажигания, так дрожали руки. Но я все еще ощущал необыкновенное спокойствие, под которым клокотала ярость, требуя выхода. Мне казалось, я сумею это контролировать, что у меня достаточно для этого сил. И поехал домой.
- Может, он просто влюблен в тебя? – робко предположила Рита.
Я усмехнулся.
- Столько лет скрывал, а тут такой шанс, а? – продолжила она.
- Ты меня что, утешить пытаешься? – осведомился я.
- У тебя такой вид, просто ужас. То ли тебя бояться, то ли за тебя, - она неуверенно улыбнулась.
- Со мной все в порядке, - уверил я ее.
- Я вижу, - она вздохнула. - Вы же столько времени дружили… Тебе, должно быть, тяжело сейчас.
- Не особо приятно выяснить, что тот, кого ты считал другом, не прочь тебя изнасиловать, - пробормотал я сквозь зубы.
- Ну, он был очень убедителен, когда пытался оправдаться, да? Я почти поверила… правда сам же все и испортил… Зачем ему это? Он все-таки гей?
- Нет, - я покачал головой. - Это вопрос не влечения, а статуса. Лехе, не смотря на все его усилия, так и не удалось выйти со вторых ролей. На первых всегда был я, всегда – лучший… Это на меня вешаются девчонки, это мне всегда сходят с рук самые дикие выходки, это меня всегда преследует бешеная популярность… Даже превратившись в раба, я не сдал позиций. И никакие папины деньги не могут ему помочь, потому что в этом плане я тоже ему ничуть не уступаю. Он просто решил, что, если опустит меня, то добьется превосходства. Я стану кем-то второго сорта, и после такого унижения уже никогда не оправлюсь.
Я сжал пальцы на руле так, что костяшки побелели. Потому что, отвечая на вопрос своей хозяйки, и сам понял, что двигало Лехой. Зависть. Банальная зависть, и всего лишь желание самоутвердиться за мой счет.
Я не выдержал и свернул к тротуару, останавливая машину.
- В чем дело? – потрясенная моими словами, Рита не сразу сообразила, почему мы остановились.
- Извини. Не в состоянии дальше вести, я на взводе. Врежусь еще во что-нибудь, - глухо ответил я.
- Пойдем пешком? – предложила она понятливо.
Я кивнул. Возможно, именно долгая прогулка мне как раз и требовалась. Просто чтобы остыть, чтобы обдумать и примириться с произошедшим. Потому что я все еще никак не мог поверить, прокручивая слова Лехи раз за разом – что он действительно хотел так со мной поступить. В голове не укладывается!
Машину я решил оставить до завтра, не беспокоясь, что ее украдут. А и украдут – не велика беда. Все лучше, чем разбиться из-за собственного гнева. Шагая по тротуару, я чувствовал, как из глубин души поднимается злость. Знакомая ярость, от которой хотелось крушить все вокруг, причинять боль, не разбираясь в правых и виноватых. Со мной давно такого не случалось, но выходка Вербинина все-таки вывела меня из себя.
Я постепенно ускорял шаг, стремясь поскорее добраться до дома. Если уж с приступом ярости не справится физическая усталость, так хоть спрячусь от всех у себя…
- Прости, - тихий голос Риты напомнил мне, что я не один.
Она едва поспевала за мной, но упорно держалась рядышком, хотя стоило ей это, очевидно, немалых усилий.