Развернувшаяся в сторону оратора Андреа услышала за спиной угрожающий шепот. Люди в форме нервно заерзали.
- Этот сукин сын считает себя самым умным, - услышала она. - Может, придется заставить его проглотить все зубы.
- Молчать!
Голос был тихим, но с оттенком такой жестокости, что Андреа не могла сдержать дрожь. Она повернула голову, чтобы увидеть, что он принадлежит Моргенсу Деккеру, человеку со шрамом, который стоял, опершись на переборку, в нескольких метрах позади. Солдаты тут же замолчали.
- Что ж, теперь, когда все заняли свои места, - продолжил Сесил Форрестер, - я вас представлю. Здесь собрались двадцать три человека, чтобы совершить величайшее открытие всех времен, и все вы сыграете в нем свою роль. Вы уже знакомы с мистером Расселом, который сидит справа от меня. Это он отобрал вас всех.
Помощник Кайна в качестве приветствия слегка наклонил голову.
- Справа от него - отец Энтони Фаулер, в экспедиции играющий роль наблюдателя от Ватикана. За ним группа трудяг: Нури Зайит и Рани Петерке, повар и его помощник. Роберт Фрик и Брайан Хэнли - по хозяйственной части.
Оба повара были мужчинами в возрасте. Зайит был человеком около шестидесяти, худым и с запавшими губами, а его помощник - крупнее и моложе, Андреа не могла сказать, на сколько именно. Оба администратора, наоборот, были молодыми и смуглыми.
- Помимо этих работников, получающих явно больше, чем они заслуживают, здесь есть мои помощники-подхалимы. Все читают лекции в дорогих университетах и думают, что знают больше, чем я: Давид Паппас, Гордон Дарвин, Кира Ларсен, Стоув Эрлинг и Эзра Левин.
Молодые археологи беспокойно заерзали на стульях, пытаясь придать лицам выражение абсолютной компетентности. Андреа стало их жаль. Этим пятерым было около тридцати лет, однако по причине безграничного ужаса, который наводил на них Форрестер, они сейчас казались гораздо моложе и растеряннее, чем были в действительности. Все они сидели по другую сторону стола, напротив людей в форме и молодой журналистки.
- И, наконец, мистер Деккер и его церберы: близнецы Готтлибы, Альрик и Алдис, Теви Ваака, Пако Торрес, Мария Джексон и Льюис Мэлони. Их задача - заботиться о нашей безопасности, являясь поистине тяжелой артиллерией нашей экспедиции. Кстати, вы не почувствовали разрушительной иронии этой фразы?
Военные даже бровью не повели, однако Деккер резко подался вперед, облокотившись локтями на стол.
- Мы направляемся в приграничную зону исламской страны, - заговорил он. - Учитывая характер нашей миссии... Короче говоря, местные жители вполне могут оказать нам недружелюбный прием. Я уверен, что профессор Форрестер оценит тяжесть нашей артиллерии, если это случится.
Форрестер уже открыл было рот, собираясь ответить, но что-то в лице Деккера навело его на мысль, что сейчас не самое лучшее время для пререканий.
- Чуть правее вы видите Андреа Отеро, нашего персонального летописца. Прошу вас сообщать ей все сведения и подавать заявки на интервью, чтобы она могла во всех подробностях поведать историю нашей экспедиции всему миру.
Девушка с улыбкой огляделась по сторонам и получила несколько улыбок в ответ.
- Человек с усами - Томми Айхберг, наш водитель. И, наконец, справа от него - наш персональный врач, Док Харель.
- Не переживайте, если не запомните всех имен, - сказала доктор Харель, поднимая руку. - Мы проведем много дней в таком месте, где не слишком много культурных событий, так что хорошо друг друга узнаем. Не забудьте надеть бейджи, которые команда оставила в ваших каютах.
- Мне плевать, запомните ли вы имена остальных, если будете как следует выполнять свою работу, - прервал ее старый профессор. - Если вы посмотрите на интерактивную доску, то я расскажу вам одну историю.
Экран засветился, и на нем появилось компьютерное изображение старого города. Над долиной возвышался город с домами цвета охры и терракотовыми крышами, окруженный тройной стеной. Улицы были наполнены людьми, занятыми своими повседневными делами. Андреа поразилась детальности презентации, достойной лучших голливудских продюсеров, но увы, сопровождавший документальный фильм голос рассказчика принадлежал всё тому же профессору, который из-за своего нарциссизма не понимал, каким жутким тембром обладает. Так и голова может разболеться, подумала девушка.