- Ах, Док, перестань терзаться. Во всяком случае, твой отец знал, что ты на его стороне.
Вновь воцарилось молчание, и на сей раз оно длилось намного дольше.
- Мне стыдно в этом признаться, но... в течение долгих лет я не верила в невиновность отца, - наконец произнесла Док. - Я думала, что он просто устал и захотел легких денег. Так что он остался совершенно один, покинутый всеми, включая и меня.
Чувство вины повисло в воздухе тяжелой и мрачной завесой.
- Неужели ты не помирилась с ним перед смертью?
- Нет.
Харель горько зарыдала, и Андреа снова порывисто ее обняла.
- Через два месяца после его смерти, - продолжала Док, - был рассекречен строго конфиденциальный отчет соди бейотер, где говорилось о том, что мой отец невиновен, и что все доказательства его вины сфабрикованы, включая этот самый плутоний, который на самом деле принадлежал США.
- Постой... То есть ты говоришь, что Моссаду всё было известно с самого начала?
- Они там все - продажные шкуры, Андреа. Чтобы покрыть собственные грешки, откупились моим отцом. ЦРУ этим удовлетворилось, и жизнь пошла своим чередом. Только не для двухсот сорока солдат и моего отца, заключенного в тюрьму самого строгого режима.
- Вот же сукины дети!
- Неделю спустя отца похоронили в Гилоте, к северу от Тель-Авива, это место, где хоронят героев, павших на войне с арабами. Отец там значится под номером 71 - таково число членов Моссада, награжденных посмертно званием героя войны. Но это, конечно, нисколько не искупило тех страданий, которые мне пришлось пережить по их вине.
- Док, я не могу понять одного. Если они действительно это сделали, почему же ты, черт возьми, согласилась на них работать?
- По той же причине, по какой отец провел в тюрьме десять лет. Потому что интересы Израиля - прежде всего.
- Ты такая же чокнутая, как Фаулер.
- А ведь ты так и не рассказала мне, как вы с ним познакомились.
Голос Андреа зазвучал глуше. Эта история была не из тех, о которых она любила вспоминать.
- В апреле 2005 года я отправилась в Рим на похороны Папы. Там ко мне в руки случайно попал дневник одного серийного убийцы, где говорилось, что он якобы убил двух кардиналов, которые собирались принять участие в конклаве для избрания преемника Иоанна-Павла II. Ватикан сделал всё, чтобы эта информация не вышла наружу, и в итоге мне пришлось убегать по крышам, спасая свою жизнь. Именно благодаря Фаулеру я тогда не сверзилась с крыши и не превратилась в лепешку. Вместе со своим эксклюзивным материалом.
- Ты была права. И правда дерьмовая история.
Андреа не успела ответить: снаружи донесся глухой хлопок, от которого содрогнулись стены палатки.
- Что бы это могло быть?
- Мне кажется, это... Нет, не может быть! - Док в испуге замерла на полуслове, не веря собственным ушам.
И тут раздался крик.
Потом другой.
А затем - еще и еще.
- Пойдем, посмотрим, что там случилось, - сказала Андреа, поспешно натягивая одежду.
РАСКОПКИ. Воскресенье, 16 июля 2006 года. 01.41
Снаружи царил хаос.
- Несите ведра! - кричал кто-то.
- Тащите сюда эти контейнеры!
Джекоб Расселл и Модженс Деккер громкими голосами отдавали противоречащие друг другу распоряжения, стоя по колено в грязи посреди широкого потока, который вытекал из цистерны с водой. В задней части цистерны обнаружилась огромная пробоина, из которой фонтаном била драгоценная жидкость, тут же превращаясь в красную вязкую грязь, едва коснувшись земли.
Археологи, Брайан Хэнли и даже отец Фаулер в одном нижнем белье сновали туда-сюда, передавая по цепочке ведра и другие емкости с водой, стараясь спасти как можно больше драгоценной влаги. Понемногу к ним присоединились остальные участники экспедиции - заспанные, одурело хлопающие глазами.
Кто-то - Андреа так и не разглядела, кто это был, поскольку человек был заляпан грязью до самых бровей - пытался насыпать что-то вроде дамбы из песка возле палатки Кайна, к которой уже начал коварно подбираться грязевой поток. Снова и снова он зачерпывал лопатой песок, пока наконец не понял тщетность своих усилий и не сдался. К счастью для миллиардера, его палатка стояла на некотором возвышении, так что потоп ей не грозил, и Кайну не пришлось нарушить свое драгоценное уединение.
Тем временем Андреа и Док тоже присоединились к цепочке; они были единственными, кто оказался полностью одетым. Передавая стоявшим впереди пустые ведра и принимая обратно полные, молодая журналистка думала, что именно то, чем они занимались, пока не услышали встревоженные крики, и заставило их полностью одеться, прежде чем выйти наружу.