- Мистер Теренс предложил мне заработать немного денег. Но он не сказал, как... Я согласилась, это было моей ошибкой. Но мне тогда очень нужны были деньги для реализации моего плана. Мистер Теренс предупредил только, чтобы я молчала, ни при каких условиях не произносила ни слова, и на моем лице была маска. Одним словом, он продал мою девственность своему постоянному посетителю, - выдохнула Амали. Ей показалось, что камень упал с плеч и выросли крылья.
- Ну ладно, - все же остановил ее рассказ Дамиан. - Пусть ты была в маске. Но его-то ты видела? Не могла не видеть? Не запомнить?
- Да он тоже был в маске, и мы с ним не обмолвились ни единым словом, - воскликнула Амали. - Все, что у нас с ним осталось, так это запах друг друга. И то, когда он уходил, я пахла им, только им.
Она замолчала. А чем она должна была пахнуть, после трех дней и ночей непрерывного секса? Они порой и в душ забывали сходить. Простыни меняли, когда они сплошь оказывались в желтых пятнах.
- Да и потом врач, который меня осматривал, сказал, что надо взять биоматериалы на всякий случай. Я же слышала. Не мои же, а его. Вы спрашивали, кто тот мужчина. А что я вам могла на это ответить? Я не лгала тогда. Я просто не знала.
- Ну, хорошо, - согласился Дамиан. - Пусть ты не знала. Но мы же пытались это выяснить у мистера Теренса, но он тоже ничего не сказал. Он, что, тоже не знал своего посетителя, которому тебя продал?
- А вот этого я не знаю, - растерялась Амали. Она совершенно не думала никогда о том, что мистер Теренс тоже мог не знать, кто был с ней тогда.
- Впрочем, мог и не знать, - вздохнул Дамиан, соглашаясь. - Знаю я этого мистера Теренса уже давно. Он относится к категории нелюбопытных. Сколько не пытались к нему своих агентов засылать, все бесполезно. И осведомителями его шлюхи никогда не соглашались быть.
- Фу, - фыркнула Джерри на мужа. - Что за слова? Следи за речью. А дальше? - она погладила Амали по голове, пытаясь то ли приласкать, то ли пригладить ее непослушные локоны.
- А дальше папа Дамиан привел меня домой, я окончила сначала школу, потом университет. Работала. Все было почти хорошо. Я уже смирилась с мыслью, что так и помру, но мужчину того так и не встречу, чтобы разрешить все свои вопросы и страхи раз и навсегда. И вот совершенно случайно я опознала его... По запаху... - Амали постеснялась сказать, что она чуть не оказалась с ним в одной постели - так ей было с ним сладко и приятно, как тогда, и так хотелось, наконец-то, получить нечто большее, чем просто расслабление после убойной дозы гормональных средств.
- Но, девочка моя, запах - это нечто эфемерное. Нужно что-то большее, - Дамиан продолжал оставаться полицейским и дома и прекрасно осознавал, что при всем его огромном желании помочь Амали, к делу запах не пришьешь.
- Ничего не нужно больше, папа. Он если захочет, то примет меня, не захочет - никакие запахи мира не докажут ему, что я та девушка.
- Тогда я чего-то не понимаю, - встрепенулась Джерри. - Он преподносит тебе цветы, дарит подарки. За что?
Амали прикрыла рукой кольцо.
- И ты не попытаешься ему все рассказать, если уверена? - закончил за Джерри Дамиан.
- Не могу... Мне стыдно...
- Почему? - поинтересовалась Джерри. - Он же ухаживает за тобой, как в старые времена, дарит подарки?
- Это Фелис Далтон, - обреченно произнесла Амали.
Дамиан с Джерри в голос ахнули. Они прекрасно осознавали, кто они, а кто такой Фелис Далтон.
- Папа Дамиан, ты же знаешь, что я не принимаю поспешных решений и не делаю необоснованных выводов. Я проверила все, что смогла, - продолжила Амали после некоторого молчания. - Вот.
Она сняла с шеи пластиковый чек на цепочке и положила перед Дамианом, но вот о родинке, которую вчера видела, не стал ничего говорить, это слишком интимно:
- Это деньги, которые мне заплатил Фелис Далтон. Я проверила, счет принадлежит их семье.
- И сколько на нем? - осторожно поинтересовалась Джерри.
Она знала сумму, точнее догадывалась, но хотела удостовериться, что именно об этих деньгах упоминала несколько дней назад Амали.
- Двести тысяч.
Дамиан даже присвистнул - его почти пятилетний заработок, но одной суммой: - Недешево же оценил твою девственность мистер Теренс. Сколько же господин Далтон заплатил ему?
А Джерри удивленно уставилась на Амали - накануне та называла сумму в десять раз меньше.
- Немного, насколько я знаю, по сравнению с этой суммой, - уверенно произнесла та.
- Можно поинтересоваться, откуда тебе это известно? - поинтересовался Дамиан.
- Никакого секрета нет. Мне мистер Теренс называл сумму, и я была уверена, что мне заплатили столько же или даже еще меньше. О том, что на чеке двести тысяч я узнала только тогда, когда проводила свое расследование, но поначалу все равно одного ноля не увидела. - И вдруг Амали развеселилась. - А как можно было бы славно покутить на них!..
И тут же спросила без перехода:
- И что мне теперь делать?
- С деньгами или с господином Далтоном? - поинтересовалась Джерри, она была весьма практична, деньги ее интересовали в данную минуту больше. Но спросить-то надо?
- С мужчиной, конечно, - усмехнулась Амали. - С деньгами, что? На них мы папе Дамиану новую машину купим, о которой он мечтает. И дело с концом.
- Вот! - Джерри радостно стукнула себя по колену. - Папе Дамиану машину! Ему хватит не на одну.
- А тебе, мама Джерри, - рассмеялась Амали искренней радости женщины. - Я, между прочим, заказала новый набор кастрюль и сковородок со специальным титановым покрытием, почти вечным. И ты, папа Дамиан, теперь сможешь совершенно спокойно доедать суп ложкой прямо из кастрюли, не боясь поцарапать ее и повредить покрытие.
- Откуда у тебя еще деньги? - строго поинтересовался Дамиан.
Он, конечно, знал, что набор такой посуды стоил в размере его двухмесячного заработка. С одной стороны, он обрадовался возможности поменять свою развалюху на новый автомобиль, но брать деньги, заработанные таким образом, его принципы не позволяли, с другой стороны. Но опять же, существует презумпция невиновности и срок давности.
- Мне очень хорошо заплатили за последнюю поездку и аудит. Так что не на один комплект кастрюль хватит, - строгим тоном в тон отцу ответила Амали. - Кроме того случая, все остальные разы я зарабатываю деньги только честным трудом. Так что бери, папа, чек и ни о чем не думай. Я стою этих денег.
- Расскажи все же господину Далтону о себе, - попросила Джерри. - Как он решит, так и будет. Сколько ты будешь мучиться?
- Уговорили, - покачала головой Амали и поднялась из-за стола, она так и не позавтракала, только выпила стакан сока. Но времени уже не оставалось, она все его потратила на разговоры, а ее босс терпеть не мог, когда ведущие сотрудники опаздывали на утреннюю планерку, где распределялись заявки.
Пришлось голодной садиться в машину и ехать быстро, слишком быстро для нее - целых шестьдесят миль в час. Но она зашла в лифт почти вовремя, а через несколько секунд была уже в приемной босса.
- Мисс Хейли, - секретарь остановила ее на пороге и заговорщицки прошептала:
- Снова звонил господин Далтон, он даже требовал выдать ему номер твоего личного телефона. Но я не дала, не положены звонки по работе на личные номера. У него опять какие-то проблемы с твоим отчетом.
- Я думаю, это просто недоразумение. Я перезвоню ему, как только освобожусь, - успокоила секретаря Амали, улыбнувшись, и шагнула в кабинет начальника.
Планерка затягивалась - никто из ведущих аудиторов не хотел ехать к постоянному заказчику за триста миль и выполнять, в общем-то, рутинную работу, подготовку отчета для акционеров. Ничего интересного, ничего познавательного, да и семьи свои покидать не хотелось. Но работа нужная и вдобавок хорошо оплачиваемая. Все с надеждой поглядывали на Амали, единственную незамужнюю, но она могла согласиться только добровольно - совсем недавно возвратилась из такой же скучной поездки. А та молчала, приняв решение, сначала уладить все дела с Фелисом Далтоном. Здесь работать - пожалуйста, она не отказывалась. Но ехать сейчас за тридевять земель ей совершенно не хотелось, как и всем остальным, даже несмотря на то, что работа оплачивалась по двойному тарифу.