База — приличный одноэтажный дом, высокий забор, сарай, погреб, вольер для собак, двор, окружённый высоким забором. Выход к небольшой речушке — метра три шириной, берега заросли ивняком да камышом. В общем-то внешне ничем не примечательное обычное подворье. Вещи разбросаны, мебель сдвинута, пару половых досок сорваны — похозяйничали ребята Дока. Работали явно непрофессионально, ну да что взять с этих охламонов. Нашли несколько книг — «Аэропорт», но не Артура Хейли, а украинского журналиста о защитниках-киборгах Донецкого аэропорта. Написана толково, весьма литературно, читается легко. Дарственные надписи на титульном листе — автора и его героев. Судя по надписям, сам хозяин дома в иерархии «Правого сектора» не последний человек. Несколько брошюр Билецкого — основателя и идеолога «Азова». Ничего нового: украинцы — суперэтнос, белая арийская раса, наделённая великой миссией уничтожения русских, этих орков, недочеловеков, унтерменшей. Спецлитература по разведке, по подготовке спецназа, по психологии — в основном описание психотипов и методы воздействия на сознание, «Майн кампф» Гитлера — всё на русском языке и даже Билецкий. Вот ведь как получается: русских надо уничтожить как нацию с их культурой и языком и в то же время пишут на русском! И читают тоже на русском! И говорят не на своей мове, изобретенной в пивных Вены с подачи Генштаба Австро-Венгрии, а на великом и могучем. Парадокс! А может, шизофрения?
Альбом с фотографиями заметно почищен: треть фото убрана, иногда вырваны целые листы. На стене тарелочки — любили путешествовать господа нацики.
На чердаке грушники нашли системник — это уже кое-что, осталось только вскрыть его. Забрали еще несколько фотоплёнок, фотографий, записных книжек — поработаем на досуге. Во дворе с полдюжины пустых миномётных ящиков. В общем, негусто. Речку бы просканировать, да спецсредствами не озаботились.
Выстраивалась логическая цепочка: база с миномётными ящиками — штольни — миномётные обстрелы из леса как раз над штольнями. Опять эти чёртовы штольни! Надо всё-таки туда проехать, только вот скрытно днём не подобраться.
Вечером пять мин разорвалось в центре посёлка. Не «грады», не сто двадцатые, а восемьдесят вторые: значит, миномёт работал откуда-то поблизости.
Дня через два были на окраине посёлка, встретили двух девчонок, разговорились. Оказывается, как раз, когда мы были на базе, на опушку леса выехал квадроцикл с двумя военными. Постояли, посмотрели в бинокль на посёлок и уехали. Ну что ж, всё сходится: в лесу просеки, по ним выйти к Липцам элементарно, а если на квадроцикл установить миномёт, то пострелял и оперативно убрался восвояси, даже засечь не успеют.
По возвращении пытался убедить Доку всё-таки прочесать лес в районе штолен, но он категорически отказался: рисковать людьми не буду. Ну, у каждого своя правда, только время показало, что он был всё-таки неправ. Хотя почему не прав? У каждого свои причины надеть форму, к тому же получить власть командирскую.
Часа в три пополудни ребята задержали марокканца. Документы как у давешнего сирийца: тоже студент с девственно чистым студенческим билетом, хотя за три года учёбы он должен был потерять типографский лоск. Сдали его местные: шепнули, что бывал он в том самом ваххабитском центре, взятом накануне нами. Три недели мы находимся на этой территории, двое суток, как взяли базу, а где этот пилигрим был всё это время? Значит, есть те, у кого отсиживался, да и отсиживался ли? Отвезли на «ленту», передали кому следует, а осадочек остался: надо работать с населением, создавать свою сеть помощников.
Вечером вээсушники накрыли посёлок — мины рвались на окраине, но всё равно приятного мало.
Днём двенадцатого марта встречали машину из Оренбургской области — под завязку забита гуманитаркой. Симпатичные ребята, крепкие, открытые, чувствуется стать и внутренний стержень. А что хотите: оренбургские казаки, порубежники, у них дух воинский в крови. Оказалось, что привезли груз сам глава администрации города Черноречье Максим Митин, руководитель патриотического поискового отряда «Виктория» Алексей Картуз, Юрий Александров из «Ночных волков» из Бугуруслана и Андрей Терехов, представляющий благотворительное движение «Своих не бросаем». Неслучайно у порубежного казачества особое отношение к России. Рвались сами отвезти через «ленту» — еле отговорил и не потому, что там опасно, нет. Сработал только один довод: за день можем и не обернуться.
В тот же день ждали ещё одну машину из Орла, поэтому встреча с казаками прошла как-то скомканно, без хлебосольства. Остался осадочек: некачественно принял мужиков, но не последний же раз приезжают, так что исправимся. Почти две недели перебрасывали привезенное ими от Стрелечья до Циркунов, часть раздали беженцам, а большую часть сын отвёз на Донбасс в детский дом и интернат для инвалидов.