Гуманитарка, конечно, дело нужное, но если так и дальше пойдёт, то заниматься работой Агентства будет просто некогда и некому, поэтому прошу сбавить обороты. Увы, звонят и просят принять медикаменты, продукты, вещи — всё, что так необходимо на фронте.
По старой памяти ещё в первые дни обратился к коллегам в один из судов: срочно необходимы жгуты, бинты, кровоостанавливающие средства. Ответили сухо, что спешить не велено и что решат после праздников. Что решат: помогать или нет? Это из серии «как бы чего не вышло» — команды-то сверху не было, а по совести помочь душа не располагала или отношение ко всей спецоперации? Больше к ним не обращался.
Зато мировые судьи Западного округа сами разыскали меня и загрузили машину медикаментами. Под самую крышу салона. Может быть, потому они сбросились на гуманитарку, что к людям ближе, чем мои коллеги? Хотя нет, это от человека зависит. Звонили же мои бывшие коллеги-отставники, предлагали помощь, или это уходящая натура, как говорят художники?
Никак не удаётся полностью погрузиться в работу «ANNA News» — приходится отвлекаться сбором и отправкой гуманитарки. К тому же навалились другие заботы, от которых и отбиваться неудобно, и заниматься времени не хватает.
При обстреле посёлка вээсушниками взрывом мины повредили газопровод — осколками изрешетили трубу. В самом селе специалистов не оказалось. С такой работой наловчились оперативно справляться в донбасских республиках, но сюда можно выстроить логистику только через нашу область, а это не только круг в пятьсот километров, но еще и непременные проблемы на границе в лице пограничников, таможенников и всяких «фильтрационных» служб и подразделений. Их в избытке на второй, третьей, четвёртой и ещё с полдюжины «линий». Похоже, что все кому не лень занимаются комендантской службой, устанавливают блокпосты, фильтрационные пункты и концов подчинения найти порой просто невозможно. Так что везти ремонтную бригаду с Донбасса себе дороже.
Две недели ждали помощи от наших властей, но никто не решился брать на себя ответственность за организацию доставки и обеспечение безопасности. Недоумки: им в руки такой козырь вкладывали, а они не поняли. Ведь могли распиарить себя — безвозмездно оказали помощь освобождённому району, дали людям газ, или смутило бескорыстие?
Выручили шебекинцы из подразделения Дока. Он дал машину 37-му, тот поехал в Шебекино и через три часа в Липцы прибыла спаскоманда в лице начальника шебекинских теплосетей Мишнева Егора Алексеевича, а с ним его помощники.
Кудиков организовал людей, Док обеспечил охрану, и пока газовики разворачивали свою аппаратуру, местные мужики откопали повреждённую трубу. Шебекинцы заварили её, опять закопали, место ремонта пометили камнями — так, на всякий случай.
Казалось бы, ну что тут такого — трубу заварить, а по факту целая спецоперация — найти специалистов, уговорить поехать, через все блокпосты провезти, безопасность обеспечить. Зато не только в домах потеплело — на душе тепло стало от сделанного.
А Егор Алексеевич Мишнев вскоре расстался со своей должностью — не ко двору такое самовольство.
Репортаж о восстановлении газопровода выставили на «ANNA News» — реальное свидетельство помощи России местному украинскому населению. Конечно, это был уже элемент пропаганды, но всё-таки не кондовой, в лоб и агрессивной, напористой, а чуть изысканной, припудренной, мягкой. А ещё факт народной дипломатии: не власть позаботилась, а простые люди из соседней российской области протянули руку помощи.
В своей книге «Тихая работа вежливых людей» едва коснулся нескольких дней лета и осени две тысячи четырнадцатого года — не обо всём и не обо всех тогда можно было рассказывать. Сейчас, конечно, многое бы оставил, да только совсем иначе оценивал бы ту ситуацию, обладая совсем иным багажом знаний.
Просматривая видеозаписи и фотографии, наткнулся на «иллюстрацию» к одной операции, о которой в книге умолчал. И не только потому, что она была рутинная и никак не тянула на интересную и захватывающую, но ещё и потому, что результат оказался «незасвеченным» на дипломатическом уровне. Впрочем, наша «посылка» дошла до адресата, и не нашего ума дело, почему она не фигурировала в цепочке доказательств МИДа. Наверное, так было надо.