У Фрэнки ком стоял в горле. Она медленно поднялась, так и не притронувшись к чаю, и перебросила растрепанные волосы на одно плечо. Подойдя к Иосифу, обняла его и поцеловала в сухую впалую щеку.
— Ну-ну, будет, — смутился он. — Проваливай, и так вечер нам испортила.
— Спасибо, вы только что спасли мою жизнь.
Иосиф засмеялся. Смех был тихий, надтреснутый. Давно ли он смеялся в последний раз?
— Это моя работа, — по обыкновению отмахнулся старик и вернулся к своим шахматам. — Пошла вон!
Фрэнки вышла из домика Столетовых и, съежившись на холоде, шумно втянула свежий воздух. В окне ее спальни горел свет, напоминая, что она не одна; в душе вновь горел огонь надежды, напоминая, что с Максимом у них спор — до Нового года, а значит, время еще есть. Настроившись на победу, Фрэнки уверенно посеменила по дорожке на цыпочках, чтобы не отморозить пятки. «Выход из тупика найдется, даже если придется пробить стену головой», — сказала она себе и, не удержавшись, скользнула в носках по подмерзшей к ночи мелкой луже.
Глава 28
Константин стоял у окна в офисе и смотрел на огни города, в котором никогда толком не жил. Он здесь обитал, существовал, выживал.
Зоя надумала сбежать от него в Нью-Йорк, и Уварова это почему-то раздражало. Он никогда не любил жену, она пробуждала в нем самое худшее, но в то же время они были склеены вместе, так что не разорвать.
А ведь какой она была когда-то: задорная, страстная. Всегда умела его рассмешить. У них долго не было детей, зато было много событий, и в отношениях серьезных размолвок не возникало, пока не родился Роберт. Роды были тяжелые, и Зоя долго восстанавливалась. Она стала ревновать на пустом месте, начались скандалы. Тогда все и рухнуло, домашняя жизнь превратилась в соревнования, кто кого больнее ужалит. Если и был между ними намек на чувство, то они сами его похоронили.
Да еще эта тень прошлого. Катя… Катя. Жена знала об ошибках его молодости, о тех глупостях, которые он собирался натворить, уехав из дома, — и призрак Кати стоял между ним и Зоей всю жизнь. Хотя ничего, кроме горечи и злости, вид Екатерины у него не вызывал. Она была символом тех воздушных замков, которые Константин когда-то принял за реальные, единственно стоящие. Оказалось же, что нет ничего более надежного, чем деньги. Вот и вся правда. Но Зоя так и не успокоилась, продолжая давить на старые раны. Ей нравилось чувствовать мужскую ярость, это ее заводило, выбивало из того пьяного дурмана, в котором жила последние годы. Константин сатанел, пока ощущение постоянной неудовлетворенности не стало для него единственным ощущением.
«Я бы хотела, чтобы ты умер», — сказала ему жена во время последней ссоры.
— Не дождешься, сука, — процедил сейчас Константин, продолжая глядеть в окно, и вздрогнул, когда зазвонил телефон. Уваров ждал звонка из Астаны уже два часа.
— Здравствуй, брат, — поздоровался он, но напряженный голос пресек его приветствия.
— Засланный казачок объявился. Максим Езерский. Он рыскал по городу несколько дней, о твоих здешних визитах выспрашивал. Мои ребята не смогли его убрать: сплоховали, недооценили. Придется тебе, Костя.
Константин рухнул в кресло и оттянул узел галстука, который резко сдавил горло.
— Я разберусь, можешь на меня рассчитывать.
Голос на другом конце провода зазвучал укоризненно, с металлическими нотками:
— Костя, так дела не делаются. Ты где-то спалился, и мне это не нравится.
— Я же сказал, что разберусь! — Виски заныли от напряжения.
— А что по поводу моих условий? Ты обдумал?
Как будто у Константины был иной выбор…
— Да. Я согласен. Прости, брат, что не оценил твое предложение сразу.
— Вот это уже другой разговор! Рад, что ты определился. Куда присылать поверенного?
— Понадобится твое присутствие, я ведь тебе не самолет продаю, а компанию. Все должно быть по правилам. Я организую передачу в конце декабря, тридцать первого, чтобы завершить сделку до наступления Нового года. Подготовлю пакет. Ты подпишешь.
— Только без шуток, иначе ты меня знаешь.
— Не оскорбляй меня неуважением.
— Ну-ну, не обижайся, брат, я только напомнил, — довольный собеседник рассмеялся. — Заодно и праздник вместе встретим. Я на связи.