— Адриан? — не понял Аксёнов.
— Это он про Андрея.
— Да, так я представлялся, когда бывал за границей.
— Понимаю, иностранцам проще выговорить, — согласился один из бойцов Аксёнова. Павел его зовут, кажется. — Помню, я как-то встречался с драккаской, которая только учила русский, и как же ей было сложно выговорить Павел Аристархович.
— О, я помню, Арихаркевич она тебя называла, — засмеялся другой боец. — Но хороша была рогатая… Только здоровенный хвост всё портил. Бр-р-р-р…
— Ничего ты не понимаешь, в этом вся прелесть.
— Не-е-е-е… Если я и заведу ксенофильские отношения, то может с какой темной эльфиечкой. Они прям так горячи. Подписан я тут на одну такую, так она на камеру такое вытворяет… у-у-ух… Могу поделиться ссылочкой.
— Парни, тут же дама, — насупился Аксёнов, устыдив подчиненных.
— Да ладно вам, мальчики, — рассмеялась Надя. — Вы что, думаете, я порнушку не смотрю? Вы обо мне слишком хорошего мнения.
— О, — внезапно просиял Санти. — Кстати о других расах. Я лишился девственности с малаканской аранальгой. Она…
Я мгновенно заткнул Санти рот, пока он не начал рассказывать детали. Когда он сделал это в прошлый раз, Гарлай блеванул прямо на Милену. Это тоже случилось во время застолья в честь какого-то дела и навсегда осталось в нашей памяти. Самое поразительное, что Санти ухитряется этим гордиться.
— Я же просил об этом не рассказывать никому. И никогда.
— Да? — Санти округлил глаза, когда я ему об этом напомнил. — Простите.
— А что там за мала…? — спросил один из бойцов заинтересовавшийся этим.
— Даже не спрашивайте его об этом. Поверьте мне, есть вещи, которые лучше не знать. Я узнал и теперь с этим живу, не совершайте мою ошибку.
Все засмеялись, но тему под неодобрительное хмыканье Аксёнова всё-таки закрыли. Он гораздо старше остальных бойцов, так что и некоторые вещи для него чересчур.
По пути к бару Надя взяла меня под руку и заставила немного сбавить шаг.
— Хорошо провел время с госпожой Ранкевич?
— Более чем. Она оказалась весьма приятной собеседницей.
— Нисколько не сомневаюсь.
— Только не говори, что ревнуешь.
— Она решила заграбастать вечер вторника?
— Нет.
— Тогда мне всё равно, в другие дни может скакать на тебе хоть до посинения. И все же, что она от тебя хотела? Сильно сомневаюсь, что просто поболтать.
— Предлагала стать своим адъютантом.
Надя округлила глаза.
— Ты согласился?
— Нет, конечно.
— Ну и дурак. Такой шанс предоставляется раз в жизни, — буркнула Надя, а затем вздохнула и покачала головой. — Извини, забываю, с кем говорю. Что тебе эта гвардия, верно?
— Есть такое, — подтвердил я.
— И всё же она красотка…
— Значит, всё-таки ревнуешь, — вздохнул я.
— Немного, — нехотя признала Надя.
— Надя, я прямо сейчас живу с четырьмя девушками, — напомнил я. Что удивительно, к ним она нисколько не ревновала.
— Угум, хотя Нату я бы исключила из списка, так как ей нравится Олег. С Рейкой и Ангелиной ты спал, Марине пока не перепало, но уверена, что в итоге и она добьется своего.
Я бросил на Надю удивленный взгляд. Вот уж не думал, что она знает всё это. Девушка же довольно ухмылялась, словно говоря: «Да, я в курсе всего».
— Но знаешь, к ним ревновать глупо и ниже моего достоинства. Они не претендуют на тебя, скорее пользуются твоим вниманием и компанией. Мы с тобой как друзья, которые могут зависнуть на неделе, выпить и переспать, а на утро пойти по своим делам. И у них схожее отношение к этому. Ранкевич другая. Она вцепится в тебя когтями словно сокол в добычу и не выпустит, считая своей собственностью. И если ты переспишь с кем-то кроме неё, это будет воспринято как личное оскорбление. Она слишком идеальна, слишком привыкла быть на вершине, и любая другая, если не считать какой-нибудь принцессы, будет хуже её.
Я задумался и теперь видел в словах Нади логику. Гвардия — элита, к ней привлечено огромное внимание. Все члены гвардии должны иметь идеальную репутацию и будут болезненно относиться к её очернении.
Тем больше причин отказаться от предложения.
— Не волнуйся на этот счет, — заверил я Надю. — Мне нравится моя свобода.
— Ну да… — девушка со скепсисом посмотрела на меня. — Знавала я парочку заядлых бабников даже хуже тебя, которые каждый вечер ходили в клуб, чтобы снять очередную девицу, а потом встречали ту, которая скручивала их по рукам и ногам и тащила под венец. Сейчас семьянины с кучей детворы и о старых привычках даже не вспоминают.