— Эйна, на тебе контроль территории, — приказал я. — Мало ли кто ещё решит поживиться ценностями.
— Я тут нашла масляный фонарь, — объявилась Марина со старым, ржавым и покрытым пылью фонарем. — Поставлю у окна, сразу станет ясно, что дома кто-то есть.
На этом я пожелал спокойной ночи воплощенным, и мы с Мариной отправились на боковую. Ночь, впрочем, едва ли можно было назвать спокойной, и совсем не по приятной причине. Напротив, мы с Мариной уснули, стоило только оказаться в постели, слишком вымотались, а неспокойной ночь была из-за боевых действий. Видимо, врагов в городе осталось больше, чем казалось на первый взгляд. Вдали были слышны взрывы, а один раз — выстрелы совсем рядом с поместьем. Но раз Эйна меня не разбудила и ни о чем не доложила, значит, никаких проблем не возникло.
Глава 10
Покинуть Псков без проблем не получилось. Город был буквально заполонён военными, которые обшаривали каждый угол здания, а дороги были перекрыты плотными военными кордонами, которые никого не пускали и не выпускали без особого на то разрешения.
И мы с Мариной исключением не стали, так что пришлось воспользоваться связями и позвонить Демьянову. Тот, судя по голосу, не спал этой ночью. Мужчина очень быстро решил вопрос с пропуском, так что уже через десяток минут мы ехали по практически пустой магистрали, что вела прямо в Новгород.
Тут можно было позволить поддать газу и выжать из машины всю таящуюся под капотом мощь, так что до поместья Шуйских добрались менее чем за два часа, и первое, что очень сильно бросилось в глаза — там было довольно людно. Помимо непосредственно моего окружения присутствовало ещё очень много незнакомых личностей. Подозреваю, что это знакомые непосредственно Виктории или Лидии, или вообще члены семьи Шуйских из каких-нибудь побочных ветвей. В любом случае, на нас особого внимания никто не обратил.
— Андрей Дмитриевич, вы быстрее, чем я ожидала, — лучезарно улыбнулась мне Виктория, протягивая руку для поцелуя,и я не без некоторого удовольствия исполнил этот маленький жест вежливости.
Следом было знакомство с некоторыми членами семьи Виктории, но я был им не слишком интересен, а они — мне, так что мы обменялись парой приветственных фраз, и на том и закончили. А дальше Виктория провела меня в одну из приемных для деловых встреч. Это было просторное вытянутое помещение с большим круглым столом в центре, за которым одновременно могло сидеть десятка два человек, но присутствовало тут не так уж много людей. Разумеется, была Лидия Котова, и не одна, а с сыном, нынешним графом Котовым, который перестанет быть таковым после одного легкого росчерка пера.
— Андрей Дмитриевич, это Степан Семенович Кровецкий, поверенный рода Шуйских, он выступит как нотариальный заверитель того, что сделка проходила честно, — меня поприветствовал полноватый лысеющий мужчина в деловом костюме. — Также тут присутствует баронесса Елена Николаевна Рокосовская, она тоже выступит независимым свидетелем.
Членов комиссии, которые будут принимать документы, Виктория представила вскользь, просто назвав имена и титулы, а ими тут обладали почти все.
— Что ж, раз все собрались, то предлагаю не тратить время и перейти непосредственно к сделке, — с этими словами Кровецкий разложил передо мной и Лидией две стопки документов. Женщина лишь мазнула по ним взглядом, тем самым показывая, что она уже успела ознакомиться с этими бумагами, а может быть даже участвовала в их составлении.
Я же вместе с Мариной приступил к изучению документов. Не все мне нравилось в этих бумагах, но из того опыта, который у меня имелся, я знал, что почти всегда юридические документы такими и бывают, и эти закрывали любые потенциальные проблемные вопросы. Так что, убедившись, что действительно никакого обмана с их стороны нет, я взял перо и поставил свою роспись, а позднее нужно было вложить фрагмент силы в особую печать. Так зачастую делают для подтверждения подлинности документа, ведь подделать слепок ауры одаренного невозможно. В некоторых мирах магическая аристократия использует это на постоянной основе.
Единственная интересная и важная строчка, которую очень хитро продавила Лидия, указывала, что в случае моей гибели и отсутствия прямых наследников титул может вернуться обратно к Алексею. Вот вроде мелочь, а весьма важная, но я не отнесся к ней серьезно по двум вещам. Первая и очевидная — если уж у более могущественных людей в лице покровителей Рыбинского района не хватило сил меня убить, то вряд ли в этом преуспеет Лидия. Вторая — эта строчка легко пресекается простым завещанием. Этот документ лишь дает право Алексею вступить в борьбу за наследство, если не будет других кандидатов, не более.