И вот я прорвался через пузырь, оказавшись внутри, и тут же на меня накатила злость от увиденного. Я и представить не мог, что они пойдут на подобное, и боль мира тоже стала мне понятна.
В самом центре на земле была дыра шириной в пару сотен метров, и это был не просто какой-то провал в земле. Нет, это была рана на теле мироздания, не то портал, не то разрыв миров. Я и прежде встречал такие, но в уже мертвых мирах. Тех, что целиком поглощены искажением, в которых уже не осталось тех, кто мог бы бороться с порталами. Мой мир ещё далек от этого, несколько зон глубинного искажения — это ещё не конец.
Внутри обнаружились и солдаты Нового британского альянса, и твари глубинного искажения. Люди словно проводили какой-то эксперимент, повсюду были установки, механизмы, тянулись бесчисленные множества проводов и кабелей. Мое появление было слишком заметным и не осталось без внимания. Твари глубинного искажения оскалились, кое-кто из британских солдат уже брал меня на прицел, причем разным оружием, кто обычной винтовкой, а кто крупнокалиберным стационарным пулеметом. Кажется, даже зенитный комплекс уже наводился.
— Адриан! — услышал я в голове голос Фероса. Его самого я не видел, но чувствовал, что он где-то рядом, да и не был мой бывший друг способен связываться с людьми на другой стороне планеты.
— Где ты? — спросил я, подключая к поиску ещё и божественное восприятие.
— Ближе, чем ты думаешь, — усмехнулся он.
После этих слов я даже невольно обернулся, ощущая его близкое присутствие, но нет, вокруг не было никого.
— Что ты задумал, Ферос?
— Привношу в мир частичку порядка через хаос, Адриан. Я стираю грань между глубинным искажением и человечеством. И посмотри, разве это не чудесно? Вся та война, что ты вел на протяжении сотен лет, становится бессмысленной. Божественные владыки, боги Башни, Несущие Свет или князья Инферно — всё это становится неважно перед лицом глубинного искажения. Оно уравнивает нас, понимаешь?
— Извращает саму вашу суть, — не согласился я с ним. — Вот уж не думал, что оно проникло так глубоко тебе в голову, Ферос.
— Ты же стал новым аватаром Познания, я это чувствую, мы все чувствуем длань Архитектора, и тем удивительнее, что ты отвергаешь нас. Даже Архитектор понимал величие глубинного искажения, использовал его и познавал границы его возможностей.
— Потому что глубинное искажение — это чистейший хаос, и когда он понял, что не справляется, то сам попросил себя убить, — фыркнул я, пытаясь обнаружить Фероса. Часть его подчиненных засуетилась, пытаясь ускорить работу, но никто не нападал.
— Ты тянешь время, — понял я.
Поднял руку и создал за своей спиной вереницу сияющих золотых копий, в которые вдоволь влил силы. Уничтожу тут всё, и дело с концом.
— Не позволю! — услышал я рык Фероса у себя в голове, а затем прямо над дырой проявилось нечто огромное. Странная угловатая фигура высотой около сотни метров, напоминающая эдакую марионетку, собранную из серебристо-белых кристаллов. Ни лица, ни привычных руг и ног, скорее остроконечные лезвия. Это была словно пятиконечная звезда, которой попытались добавить человеческих черт.
Королева ночи очень любила подобные «игрушки», но это существо, чем бы оно ни было, оказалось очень сильно. Нет, даже не так, сила Познания постепенно позволяла узнавать это существо всё лучше и лучше, и от понимания, чем оно является, у меня внутри всё закипело.
Это был Арганлив, ещё один из детей Королевы ночи, как и Данла, но если дочь божественной владычицы была неудавшимся расходным материалом, который использовался для создания высокоранговых избранных, то нечто, находившееся передо мной, было на совершенно ином уровне.
И хуже того, теперь я отчетливо ощущал, как оно обменивается мощными энергетическими потоками с пропастью внизу. Оно одновременно и черпало из нёе силы, и расширяла для прихода… чего-то.
Я тут же перенаправил копья в эту странную фигуру в центре. Они устремились в существо, но оказались остановлены серебристым барьером. Он тут же разлетелся, а сам его создатель устремился в моем направлении.
Быстрый, несмотря на габариты!
Одна из его рук-клинков удлинилась, и он, размахнувшись, рубанул по мне. Сам его меч при этом был шириной метра три, я встретил его своим стеклянным и сумел парировать атаку, несмотря на существенную разницу в габаритах.