— Мне тут нравится, — улыбнулась Лана, стараясь вышагивать со мной нога в ногу. — Андрей, я хотела…
— Помнишь, как ты сказала мне о том, что твоя сестра хочет, чтобы ты вышла за меня замуж?
— Да, — немного смутилась она.
— Ты тогда сказала, что не хочешь этого.
— Угу…
— И что же изменилось?
Я буквально чувствовал, как сыпется в её голове отрепетированная речь. Она, кажется, готовилась к этой встрече, мысленно прокручивала в голове эту ситуацию, а я своими действиями всё полностью ломал.
— Я… О чем вы?.. — решила она изобразить дурочку, хотя догадывалась, к чему именно я веду.
— О том, что ты любишь меня и теперь сама жалеешь о том, что в лоб сообщила мне о планах твоей сестры, ведь они стали совпадать с твоими собственными, пусть и по совершенно другим причинам.
Девушка отпустила мою руку, отступила и уставилась на меня растерянным взглядом.
— Как… Откуда…
— У тебя всё на лице написано, Лана, и я не хочу разбивать тебе сердце, поэтому и решил вначале поговорить. Откровенно поговорить. Ты правда меня любишь?
— Люблю… — эти слова сорвались с её уст, и она лишь спустя несколько мгновений поняла, что произнесла их. Это был словно крику души, рвущийся из глубин. Она сразу коснулась рукой губ, не веря, что сказала это.
— Понятно.
— Но это вовсе не из-за сестры! — встрепенулась она, решив, что я неправильно её понял. — Это мое собственное желание! Мои собственные чувства!
— У меня нет в этом сомнений, но Лана, ты меня совсем не знаешь.
— Вы… то есть ты… — стерла она ещё одну границу между нами, — заботливый, сильный, внимательный… А ещё благородный. Другой на твоем месте после того, что сделала моя семья, стер бы её с лица земли, особенно учитывая твою власть. Но ты… Ты пощадил их ради меня! И не только, ты же… Ты спас меня.
— Я много кого спасал, — произнес я это довольно холодно, отчего девушка ощутила, словно ей дали пощечину. Вдруг ощущение, что она особенная, что она принцесса, которую спас прекрасный принц, рассыпалось. — И если бы я всех брал в жены, то боюсь, даже в этом особняке не хватило бы комнат для каждой.
Девушка нахмурилась, смотря на меня, её руки робко подрагивали. Водоворот чувств и эмоций бурлил в ней.
— Послушай, Лана, — начал мягко я, — ты молода, красива, богата, и уверен, что найдешь того, кого полюбишь так же, а может, и больше, чем меня.
— Нет! — возразила она, но тут же осеклась, слишком громко прозвучал её возглас. — Ох…
— Я просто не хочу, чтобы ты страдала рядом со мной. Тебе нужен тот, кто будет рядом, с кем ты будешь как за каменной стеной.
— Но ты же такой. С тобой я чувствую себя…
— Это обманчиво. Я слишком распыляюсь, моего внимания требует слишком много вещей, и я при всем желании не могу быть с тобой постоянно.
— Это не страшно, я буду ждать…
— Ты говоришь это сейчас, а когда станешь старше и опытнее, поймешь, что это не жизнь. Может, и не возненавидишь меня, но поймешь, что это все была одна большая ошибка.
— Но это будет моя ошибка!
— Лана…
Её сейчас так и переполняли чувства. Похоже, что я немного недооценил её влюбленность. Она сейчас подобно мотыльку, что готов ринуться в пламя любви, даже зная, что оно в итоге её спалит. С Мариной, Надей или Викторией было проще, там пусть и были чувства, но я понимал, что если уйду, они это переживут. продолжат жить так же, как жили прежде, а наше время останется для них приятным воспоминанием. Но Лана другая. Лану эта любовь сломает, когда она поймет, каков я на самом деле, а мне очень не хотелось бы этого.
— Мне всё равно… — её голос дрогнул. — Мне всё равно, если у тебя есть кто-то ещё. Я ведь тоже видела тот ролик от Арисис, знаю, какие красавицы крутятся вокруг тебя… Но если ты будешь рядом со мной хоть иногда… этого мне будет достаточно. Даже замуж можешь не брать…
— Ты врешь сама себе, — вздохнул я. Обычно я в таких ситуациях поступал просто — уходил и не оглядывался. Но Лана практически член моей семьи, и я не мог вот так просто навсегда уйти, оставив её. Ответить ей согласием тоже казалось мне неправильным, но тяжело закрыться от столь пылкой любви, которую она источала. Я ведь, коснувшись её разума, теперь ощущал эти чувства чётко.
— Мне всё равно, — повторила она, а затем шагнула на встречу, потянулась и поцеловала меня. Я знал, что она попытается это сделать, так что слегка нагнулся, не став противиться. — Я люблю тебя, Андрей, и ничего не могу с собой поделать.