— Не знаю, что меня больше удивляет, то, что ты женишься, или то, что это Лана Добронравова.
— Я тоже не очень понимаю, — немного пришла в себя Марина. — Ты же говорил, что она тебя не интересует.
— Всё меняется, — вздохнул я и развел руками.
Надя плеснула выпивку в ещё один бокал, подошла к Марине и вручила его ей со словами: «Тебе это тоже нужно». Блондинка отказываться не стала и сразу же его пригубила.
— Знаешь, я правда не очень понимаю, зачем это тебе. Как девушка, она, конечно, миленькая, но…
— Не твой типаж, — закончила за Марину Надя, и та в ответ согласно кивнула.
— Её положение тоже вызывает вопросы, — продолжила моя помощница. — Пусть твой брат и оставил ей довольно неплохое состояние, но и ты сам богат. И едва ли для тебя брак с ней так уж критичен. На самом деле, учитывая влияние, мы даже могли бы попробовать устроить сваты с дочерью императора.
— Угу, она та ещё красотка, — поддержала Надя.
— Похоже, вы не очень рады моему решению.
— Мы не… — замялась Марина.
— Мы просто хотим понять.
Я вздохнул. Даже не касаясь их разума, понимал, что их мучил один простой вопрос: «Почему не я?» Лана была слишком странным выбором для них.
Ладно, от друзей у меня нет секретов, пусть это и прозвучит странно.
— Я кое-что понял вчера. В Лане есть Искра Созидания.
Девушки вытаращились на меня, изумленные такой новостью.
— Такая же, как в тебе сейчас? Получается, Лана тоже богиня?
— Нет, там крохотный фрагмент, я бы сказал, практически незначительный. Полагаю, что Слава изначально собирался передать Искру именно Лане и все последние годы готовил её к этому, но, видимо, понял, что не успевает, и потому передал её мне. И теперь мне предстоит завершить его работу.
— Погоди, ты хочешь отдать ей свою искру?
— Отдавать нет необходимости. Я смогу взрастить у неё собственную, просто нужно немного времени.
— И поэтому ты берешь её в жены?
— Отчасти. Мой долг позаботиться о ней, а так… проще всего, особенно учитывая, что она меня любит. Ведь брак — это своего рода контракт, понимаете?
— Эх… — сокрушенно вздохнула Надя. — Хана моим вторникам.
— Хана моим перерывам, — согласилась Марина и, подойдя к Наде, чокнулась с ней, после чего девушки выпили вместе.
— Не драматизируйте.
— Ну это не ты лишаешься премии, — буркнула Марина, но на самом деле они лишь немного огорчились и настоящей обиды не питали. Обе понимали, что рано или поздно все эти наши «отношения» закончатся.
Я вышел из-за стола, взял один из бокалов и плеснул себе, а то что это, они пьют, а я нет. Мы чокнулись и выпили за будущую великую княгиню.
— В таком случае нам нужно устроить мальчишник тебе, — внезапно объявила Надя.
— Обычно, когда говорят «мальчишник», имеют в виду парня и его друзей, а не то, о чем думаешь ты.
— Ты понятия не имеешь, о чем я думаю, — хитро улыбнулась Надя.
— Даже я знаю, о чем ты думаешь, — внезапно не согласилась моя помощница. — И мне это очень нравится! Закатим Андрею лучшую прощальную вечеринку, хи-хи!
Глава 22
Лана заметно преобразилась с того момента, как я сделал ей предложение. И без того искрящаяся жизнью, она, казалось, стала сиять еще ярче. К тому же заметно повысилась её тактильность. Раньше она избегала прикосновений, даже со мной, хотя порой и могла брать меня за руку, но сейчас она хотела это делать. Ей безумно нравилось, когда я касался её и касаться меня самой.
А уж поцелуи… Порой казалось, что они стали её одержимостью. Не могло пройти и пяти минут, чтобы она меня не поцеловала. И не всегда это были полноценные поцелуи, порой она просто ни с того ни с сего могла чмокнуть меня в щеку, и её глаза при этом светились таким вселенским счастьем, что я не находил слов.
Даже жаль, что я не мог ответить ей тем же, но совру, если скажу, что не чувствовал совсем ничего. Порой, когда она смеялась и смотрела на меня полными искренней любви глазами, это заставляло вспыхивать те угольки, которые тлели внутри меня. Эти чувства были внезапными и для меня самого. Я думал, что вообще утратил возможность любить кого-то по-настоящему. И тем удивительнее, что из всех женщин, что меня окружали, их вызывала именно Лана.
Может, все потому, что именно она была моим антиподом? Я пережил столько всего, потерял стольких людей, и порой мне кажется, что не способен по-настоящему радоваться чему-либо. А она, напротив, чистейший свет в этом темном мире, оплот доброты и нежности, который окружающая тьма не смогла сломить.