Лана была в белом купальном костюме, но я щелкнул пальцами, и тот сменился белым легким платьем, которые она так любит. Девушка очень удивилась подобным переменам, потрогала ткань и изумленно уставилась на меня.
— Нравится?
— Да… Как ты это делаешь? Где мы вообще?
— Это… что-то вроде моего личного мира. Видишь ли, там мир уже закостенелый. Он старый, и даже тратя большое количество силы, мы не всегда можем изменить что-то, само мироздание нам не позволяет. Тут всё иначе. Это личный мир, где мы вольны делать всё, что заблагорассудится. Что ты хочешь?
— Ну… Мороженого?
Я удивленно вскинул бровь, и тут же в руке Ланы появился стаканчик с ванильным мороженым. Кажется, она любит именно его. Девушка тут же лизнула его и улыбнулась словно ребенок.
— Вкусно!
— А ты сомневалась?
— Нет! В смысле…
— Тоже попробуй. Представь что-нибудь.
— Я не смогу, — тут же замотала она головой.
— Сможешь, мы связаны, а это место реагирует на тебя почти так же, как и на меня. Просто прояви немного воображения!
— Воображения?.. — задумалась девушка, а затем прикрыла глаза. Я чувствовал, как вокруг неё завихряются потоки магии, и пространство поддается, но с первой попытки у неё всё равно ничего не получилось. — Не выходит…
— Ты слишком напрягаешься, попробуй расслабится и просто представить.
Спустя несколько минут попыток прямо на земле перед девушкой появился красивый распустившийся алый цветок, листья которого колыхались словно в танце.
— Получилось! — воскликнула она и от нахлынувших чувств прыгнула на меня. Я обнял её, немного покружил под радостный смех, а затем поставил на землю.
— Давай ещё что-нибудь.
Дальше все пошло намного лучше. Девушка создавала то один объект, то другой, и это у неё выходило всё естественнее и естественнее. Она даже платье себе немного видоизменила, добавив парочку мелких деталей. Она так увлеклась, что на какой-то момент даже позабыла обо мне, но я и не был против. Мне было радостно на душе наблюдать за тем, как девушка веселится. Но от любования её игрой меня отвлекло появление гостя, которого совсем не ожидал увидеть так скоро.
Чуть в отдалении, скрестив руки на груди, стояла Солнечная Кошка, сияющие волосы которой колыхались на ветру.
— Лана, я отойду на пару минут.
Девушка отвлеклась от занятий, посмотрела на меня, а затем заметила и Эйрин.
— Твоя подруга? Да, конечно.
Глава 23
— Не ожидал тебя тут встретить, — сказал я, подходя к Эйрин. Та лишь на миг взглянула мне в лицо и отвела взгляд.
— Так-то это мой дом, Адриан, — сухо ответила она, отступая от меня на пару шагов и отворачиваясь. — Это ты тут построил непонятно что.
Говоря это, она смотрела на выстроенный Ванессой жилой район на соседнем парящем острове.
— По мне, это лучше, чем если бы тут по-прежнему царила тьма и разруха. Я не был уверен, что ты вернешься, так что…
— Захватил это место⁈ — её голос прозвучал резко, Эйрин обернулась, уставившись на меня полыхающим, полным злости взором, но огонь в глазах почти сразу потух. — Прости… Просто…
— Я понимаю. Ты потеряла отца.
— Не просто потеряла, это ты его убил, Адриан. Ты!
— У меня не было выбора, ты и сама прекрасно это понимаешь. Если глубинное искажение залезло в голову, то с этим уже ничего не поделаешь. Он был слишком опасен. Божественный владыка, пораженный глубинным искажением — это опасность вселенского масштаба. Он бы в конечном итоге уничтожил все те миры, которыми владел, а может, и другие.
— И все-то ты знаешь… — поморщилась богиня.
— Такова моя работа. Я — оружие против глубинного искажения, которое сотни лет создавал твой отец и остальные, — я сделал небольшую паузу. — Мне правда жаль, что всё так обернулось.
— Извинения не вернут его назад!
— Не вернут, — кивнул я. — Так зачем ты вернулась?
— Врезать тебе в морду.
— Пока что не врезала.
— Действительно.
Эйрин сжала кулак, тот засиял, но уже спустя мгновение девушка отпустила силу и устало вздохнула.
— Я не знаю, что делать, Адриан… — вздохнула она. — Мне больно, и я… я не знаю, что делать дальше. Разве нормально чувствовать такую боль?..
Сказывается, что Эйрин всю свою жизнь была богиней, а боги пусть и похожи на людей, но в некоторых аспектах отличаются. Солнечная Кошка не привыкла ощущать потерю кого-либо, ведь прежде никогда по-настоящему не проходила через неё. Возможно, за все эти годы у неё были смертные, которые погибали, но на то они и смертные. Она всегда знала, что это случится, и относилась к этому как к данности, возможно, погрустила пару дней, а дальше отправилась куда-нибудь ещё. Но эту потерю она не может так просто принять и отпустить.
Сокрушитель тверди был для неё одним из столпов мироздания. Скорее всего, она просто физически не могла вообразить, что его когда-нибудь не станет.
— Эйрин, — я хотел подойти и взять её за руку, возможно, обнять, но та отступила, обжигая меня обиженным взглядом.
— Она не проходит, Адриан. Эта боль.
— И не пройдет. Станет меньше, но не пройдет, — мягко сказал я ей.
— Но… я не понимаю… Как я должна с этим жить?
— Так же, как и живут обычно люди.
— Но я не человек, — продолжила возражать Эйрин.
— И что? Вы отличаетесь от них не настолько, насколько вам порой кажется, поверь мне. Это нормально — горевать по отцу, и нормально злиться, возможно, даже ненавидеть меня за то, что я сделал.
— Мне и из-за этого больно, Адриан. Я не хочу тебя ненавидеть, но и простить не могу. И чем больше об этом думаю, тем сильнее меня это терзает. То, что обычно приносило мне радость, теперь вызывает отвращение, словно я пытаюсь заполнить пустоту какой-то ерундой. А ещё я понимаю, что даже если я отомщу тебе, выпущу эту злость, то она не вернет отца, и я потеряю ещё одного человека, который мне не безразличен. Тогда боль станет только сильнее…
И Эйрин вдруг расплакалась, упав на колени. Кажется, я впервые вижу её по-настоящему плачущей, убитой горем, потерянную и не знающую, что делать. Раньше она напоминала мне Лану. Она была лучиком света в темном мире, живая и не унывающая, фонтанирующая жизнью, и поэтому я её и отпустил, позволив самой выбирать свой путь, а не тащил на «дно» бесчисленными сражениями с глубинным искажением и умирающими мирами. Иначе это оставило бы на ней слишком глубокие шрамы, такие же, как на мне сейчас. Пусть она и бог, прожив такую жизнь, как я, иного быть и не могло.
— Андрей, как ты можешь доводить девушку до слез! — раздался звонкий голосок Ланы, и та прибежала к нам.
— Я не… — хотел было оправдаться, но понял, что никаких оправданий у меня и нет. Виновником её боли действительно был я, хоть и не хотел этого.
Лана уже очутилась рядом с девушкой, взяла её за руку, хоть и засомневалась на мгновение. Эйрин шмыгнула носом и подняла глаза.
— Что случилось? — спросила Лана и тем самым заставила богиню немного растеряться.
— Всё… Всё нормально, — Эйрин шмыгнула носом. Лана помогла ей подняться и протянула платок, который только что создала прямо на моих глазах без каких-либо усилий. Похоже, она уже неплохо освоилась в этом месте, а ведь прошло всего несколько минут, как мы с Эйрин отошли.
Солнечная Кошка с благодарностью приняла платок и вытерла слезы, а Лана тем временем с изумлением уставилась на её уши и лишь спустя короткий промежуток времени заметила ещё и хвост.
— А они… настоящие?.. — наконец спросила она.
Эйрин вначале непонимающе моргнула, затем слегка смутилась и уточнила:
— Хочешь потрогать?..
— Хочу!
Солнечная Кошка немного неуверенно подставила голову, и Лана с детским восторгом начала трогать остроконечные звериные уши.
— Вах! Какие они классные!
Девушка прикрыла глаза, напряглась, и я в очередной раз увидел, как вокруг неё начинает бурлить магия, а уже через несколько секунд на её голове появились точно такие же. Ещё через несколько секунд к новому образу добавился ещё и пушистый белый хвост.