— Да это не важно! Важнее другое: вы можете перевести войну с псичами в идеологическую плоскость. Риск минимален, эффект значителен.
— Это до тех пор, пока противник не спохватится. И в такой войне они гораздо опытнее.
— Ха! Информационная война в ГИС тем и хороша, что можно пользоваться опытом своего собственного противника. А прямого перехода из ГИС в сеть пси-резонанса нет. Или есть?
Сарина покачала головой.
— Я, — сказала она, — знаю одно: над этим надо поразмыслить. Скорее всего, Высшие думали над чем-то подобным, но… Рон, а ты не чувствуешь себя неловко, давая виирай такие советы?
— И ты туда же. Может, это покажется тебе странным, но я не люблю тех, кто тиражирует «пропаганду». И тех, кто бездумно в «пропаганду» верит, я тоже не люблю. Такой уж я… человек.
Сборную флотилию, принимавшую участие в операции «Ладонь», встречали совсем не так, как провожали. Насколько тихо и незаметно прошло отбытие, настолько же громким событием стало возвращение флота в Главный Узел.
Все Высшие, побывавшие в системе Тримеля, незамедлительно отбыли для доклада в Круге Решений. Делегацию людей разместили с большими удобствами на освобождённой и специально перестроенной станции; не успели люди толком обустроиться там, как сообщество виирай закидало посланников посылаемыми по телесвязи сообщениями. Общий тон сообщений оказался не столько агрессивным, сколько едким, с преобладанием риторических вопросов. Правда, надо отдать должное, многие выражали своё сочувствие в связи с массовой гибелью разумных, возмущались уничтожением обитаемых миров, даже предлагали посланникам интегрироваться в сообщество виирай. Впрочем, последнее было редкостью. Чаще сочувствующие гостям Главного Узла желали им как можно лучше выполнить свой долг и не бояться трудностей.
Риель Асьеннон, несколько ожившая после пережитого, дала своё первое официальное интервью и начала готовиться ко второму. Тем временем видеозапись беседы с её участием разошлась по глобальной сети Большого Узора, побивая все рекорды по числу обращений. У смотревших интервью прибавлялось сочувствия к изысканно и чуждо красивой женщине, чем-то неуловимо похожей на иссечённое тончайшими трещинами перекалённое стекло.
Что же касается Сарины, то она выкинула очередной непредсказуемый фортель: оставила Рона, Кэпа и Марсию с довеском в виде Хезраса посреди многоярусного зала одной из пассажирских транспортных развязок — и улетела (в самом что ни на есть буквальном смысле), посоветовав на прощание:
— Смотрите своими глазами.
Сказано это было преимущественно для Кэпа с Марсией, но, как крепко заподозрил Рон, не только для них.
— И дальше что? — «Акула», даже не подумавшая снять свои демаскирующие очки, равно как столь же резко выделяющийся наряд, давила возникшую растерянность привычными методами: резкостью, смешанной с озлоблением.
— Вам решать, — ответил Хезрас, поводя плечами. Старик выглядел утомлённым и проявлять инициативу явно не собирался.
— Тогда давайте в ближайшую столовую, — предложил Рон.
— Только меня не зазывай! — Точёные ноздри Марсии раздулись, губы искривились. — Мне рядом с тобой проще подавиться или блевануть, чем наесться.
— А под твоим взглядом деликатесы превращаются в тюремную пайку, — огрызнулся Рон. — Иди куда хочешь, делай что хочешь. Не смею задерживать.
Кэп и Марсия переглянулись.
— Задумались? — добавил Рон предельно ехидно. — Деткам плохо без присмотра? Темно и страшно?
— Заткнись! — вызверилась «акула». Однако грозный рык подпортил косой взгляд в сторону Хезраса. Рон сейчас вне сети и вроде бы слаб, но старик… может, он лишь делает вид, что утомлён, а на деле просто ждёт повода для расправы? Пойди пойми этих виирай! Делают вид, что честнее них только боженька небесный, а как оно на деле? Ясно одно: паралич можно наслать не только на руки-ноги, на грудную клетку тоже. Наверно, это легко. И — стой, сердце…
— Идём, — разлепил губы Кэп. — Не говори речей глухим.
Рон усмехнулся.
— Это была моя реплика! Но так и быть, пользуйся. Вам надо расширять набор используемых фраз, а то прямо как очеловеченные синтраны…
Скромная группа — трое мужчин и женщина — раскололась надвое. Одна из получившихся пар быстро исчезла среди переплетения подъёмников, пандусов, переходов и галерей. Проводив эту пару взглядом, Рон сказал:
— Ну вот, теперь и поесть можно.
Биохимия виирай и людей различалась, причём где серьёзно, а где и радикально. Иная генная структура, иные белки, гормоны и энзимы, иные наборы по-разному функционирующих органелл в клетках, из которых складывались совсем иные ткани. Как и в случае с психологией двух рас, внешние отличия оказывались куда меньше внутренних. Если виирай могут прекрасно говорить на бейсике, а люди могут учить их языки, это совсем не значит, что средний виирай и средний человек чувствуют одинаково, а мыслят сходно. Один лишь факт, что для виирай сексуальное влечение прочно привязано к определённой части суточного цикла, меняет всю картину психических процессов кардинально! Вот и с биохимией так.