Перейдя на вкладку «отношение», он озадачено потёр лоб. В отличии от предыдущей, здесь вывалился целый список, конца которому видно не было. Каждая строчка в вертикальном ряду состояла из имени и фамилии, а также небольшой горизонтальной шкалы, с пояснительным статусом, означающим, видимо, то самое отношение. К кому именно? Хороший вопрос… К бывшему владельцу?
Взглянув на список по внимательней, Игорь понял, что это вряд ли. А ведь мелькнула мыслишка: всё что происходит с этой игрушкой, это всё относится к белобрысому мужику с пустыми глазами, и плюс один появился не из-за действий Игоря, а из-за действий белобрысого; а уведомления всё приходят и приходят – ну может он покупку совершил, или сообщение белобрысому прислал кто-то… Однако прочтя первые несколько строк, Игорь, со смесью тоски и радости, отмёл трусливые мыслишки: первые две строчки занимали мама и бабушка – любовь. Игорь как-то сразу поверил той информации, которую выдавала игрушка, устал, наверное, голову ломать, сомневаться и анализировать, искать альтернативные объяснения, проверять – а не дурак ли он? Внутренние ресурсы не бесконечны.
Глаза быстро наткнулись на Викторию Сычину, и не смотря на то, что никаких фотографий или дополнительной информации не было, он сразу начал подозревать что эта та самая брюнетка. Шкала её отношения отклонялась влево, в отрицательную зону, если судить по красноватому её оттенку. Над шкалой значилось: презрение. Игорь усмехнулся: это точно была Вика брюнетка, какая ещё Вика могла испытывать к нему такое отношение, у Игоря этих Вик был всё же не вагон, хотя и стоит признать, что ему с ними особенно не везёт.
Ближе к началу списка, взгляд зацепился за ещё одну незнакомую фамилию: Алина Карабаева, вот она Игоря несколько озадачила светло-жёлтой шкалой – лёгкий интерес. Однако вряд ли его могло что-то так удивить, как это сделала третья от начала, светло-зелёная строчка: Бадд Аш Джалинго – пристальный интерес.
Увидев экзотическое имя, и отношение его владельца, Игорь хотел вновь озадаченно потереть лоб, но одёрнул руку, кажется кожа там уже начала саднить. Может это кто-то из школы? Вряд ли конечно, с таким именем в школе трудно остаться неизвестным… Может это давешний негр? И это тоже вряд ли…
Стоя на пустой ночной дороге, и смотря на негра за рулём «бумера», Игорь как-то не заметил со стороны него никакого интереса, тем более пристального, впрочем, как и со стороны Алины, пусть даже лёгкого… Он даже был несколько удивлён, что они его довезли почти до дома, в такой-то непростой ситуации. Всё же идею о том, что не всё в этой «игрушке» имеет отношение к Игорю, не стоит пока отбрасывать прочь…
Вздохнув и пожав плечами, а что ещё можно было сделать, Игорь начал листать вниз.
Вскоре он увидел целый ряд знакомых имён и фамилий, с примерно одинаковым статусом – одноклассники. Вот разбитная Вика Панчина, улёгшаяся на его парту на прошлой неделе – равнодушие. Всё же девчонки странные существа… Взгляд, даже в незнакомом чудо интерфейсе, довольно скоро выхватил хорошо знакомое имя: Кристина Косолапкина. В подреберье кольнуло и что-то неприятно шевельнулось – равнодушие. Среди равнодушных обнаружился и Кирилл Лотков – Кирыч.
Краснее чем у брюнетки Вики, Шкала оказалась только у Санька – неприязнь.
Дальше, спускаясь, кажется, к самому центру земли, простирался список из имён и фамилий, окрашенных в бледно-серый цвет. Если Игорь правильно интерпретирует эти цвета, позиции неактивны. Осталось только понять – в каком смысле неактивны? Владельцы этих имён умерли что ли…?
Просматривая ряды инициалов, Игорь с трудом сдерживал правую руку, норовящую что-нибудь сделать, дабы выразить недоумение хозяина. Геннадий Владимирович Сытников, вот кто это такой? Ряды имён и фамилий продолжали выплывать из под нижнего края дисплея, и ни одна строчка не пыталась выделиться из серой массы незнакомых людей, пока глаз не зацепился за собственную фамилию – Дубинин…