Глава 14 откат
Игорю еще никогда в жизни не приходилось страдать от настоящего похмелья, не от того банального сушняка и мигрени, после памятного вечерка в клубе, закончившийся ментовской облавой, а настоящего, с дрожанием в каждой клетке организма, с желанием куда-нибудь провалиться, с беспросветностью и диким стыдом за всё случившееся и не случившееся. Он, конечно, и дальше не планировал от такого страдать, ЗОЖ и всё такое, однако, вспоминая этот случай много позже, после с дурру выпитой в одну будку целой бутылки дешёвого портвейна, он мог найти в этом состоянии много общего. Впрочем, сначала всё было нормально, ничего, как говориться, не предвещало…
По началу он не чувствовал ничего, какое-то мгновения, чувства просто не могли сориентироваться, тем не менее, вскоре Игорь осознал что стоит. Открыв глаза, при том, что даже и не заметил когда их успел закрыть, вот земля приближается, а вот он уже стоит спокойно на ногах, он увидел собственную руку прислонённую к металлу в обрамлении синий рамки. Руку он тут же отдёрнул, испугавшись от неожиданности, ему показалось, что он её куда-то засунул, но оглядевшись вокруг, немного успокоился – рядом никого не было, и причин для паники, вроде бы, тоже не было.
До него наконец дошло, что он стоит рядом с забором авиабазы, у той самой двери склада, которую открывать ему не следовало, и синяя рамка, начерченная мелом, смотрелась теперь и впрямь пугающе, мистически, словно предупреждающий знак – не входи, убьёт! Тем не менее, вокруг было тепло и светло, он был жив, и он наконец-то понял, что у него получилось! Комбинация клавиш сработала, он не разбился, ему удалось выскользнуть прямо из под лап костлявой – реальность сделала шаг назад!
Вот тут он и почувствовал, будто его внутренностей до самой души коснулись холодные, отвратительные щупальца страха, нет, не страха… это было что-то иное. Ему отчётливо начало казаться, будто он стоит под жерлом огромного мусоропровода, на другом конце которого что-то бросили вниз. Оно летело, ударяясь о стенки, громыхая и предвещая тревожными ударами сердца нечто не доброе, скверное. Игорь чувствовал как тают секунды, мгновения… всё…
Он согнулся, будто ему хорошенько втащили под дых, сел на корточки, затем и вовсе лёг на пыльную землю, свернувшись в позу эмбриона, совершенно не заботясь о чистоте одежды. Его терзало, сжимало и одновременно разрывало ощущение, осознание того, что он убил себя. Нажав контрол зет, он убил ту ветвь реальности, тот вариант своей жизни, которая могла бы быть не сделай он этого… и то обстоятельство, что он умер если бы этого не сделал, что не было бы никакой жизни, разбейся он в лепёшку, никак не мешало этому наваждению – логика, разум, и критическое мышление, разбежались в панике, забившись под самую дальнюю шконку сознания, даже не пытаясь высунуться оттуда. Он погубил целую жизнь, и ничего с этим сделать уже было нельзя. Откуда-то он точно знал, что сделать шаг вперёд невозможно, нельзя и всё тут… Экзистенциальный ужас – вот как он это назвал в последствии.
Слёзы лились ручьями, образовав под его головой грязное месиво, от чего и лицо было всё в грязных потёках и разводах. Однако Игорь ничего из этого не ощущал, сжавшись в комок отчаяния и безысходности. Он даже далеко не сразу начал понимать, что его теребят чьи-то руки, над ухом раздаётся тревожный крик::
- Гарри! Гарри, ты слышишь меня?! Кто? Кто это был?! Куда тебя ранили?!
Бадд стоял над Игорем не зная что делать, Игорь ничего не отвечал… Тогда Бадд выпрямился, начав оглядываться вокруг бешено сверкая белками глаз, однако вокруг по прежнему никого не было, ни местных бандитов, ни военных, никого кто мог бы представлять угрозу. Он снова склонился над Игорем, выпрямив его, отогнув руки прижатые к животу, но ни пулевых отверстий, ни ножевых ран, ни крови и вываливающихся кишок, не обнаружил…
Бадд поднял его, и потащил к машине. Прислонив Игоря к борту джипа, он достал из салона бутылку воды, и начал поливать ему голову. Это немного привело Игоря в чувство, он взял бутылку и начал умываться самостоятельно. Бадд стоял рядом и смотрел молча на Игоря, более ничего не предпринимая. Остатки воды, Игорь с жадностью выпил, и выбросил бутылку. Бадд поискал и достал из машины салфетки, протянул Игорю. Тот, утерев воду, капающую с лица, и высморкавшись, произнёс не глядя на Бадда:
- Этим самолётом нам лететь нельзя, нужно искать другой вариант…
Бадд всё также стоял молча, смотря на Игоря, а может и вовсе куда-то в себя, глаза его были скрыты зеркальными очками… через несколько секунд, он тяжело вздохнул, поднял голову вверх, посмотрев зачем-то на небо, и сел в машину.