— Все, можешь не продолжать.
— Да я, в общем, сказал все. Просто, думаю, было бы неправильно отбрасывать и такую версию. Как ты считаешь сам?
Вместо ответа Слава открыл большой сейф, где хранил дискеты — свой драгоценный архив, достал пакет, посмотрел с обеих сторон и, удовлетворенно кивнув, сунул дискету в компьютер, стоящий на его столе. Поманил Турецкого к себе пальцем, и тот пересел к экрану. Пошел текст: «Подпольные казино Московского региона». Ничего себе!
— Слушай, Славка, откуда у тебя такие данные? — изумился Саша.
— Позаимствовал в МУРе. Когда решил уйти в частный бизнес. К тому же я сам и составлял эти списки. Я ж, кажется, рассказывал тебе, что нам удалось все до единого игорные дома вытащить на свет Божий. Забыл, что ли?
— То есть как это — позаимствовал? Тиснул дискетку-то, а?
— Ты чего? — Грязнов недвусмысленно покрутил указательным пальцем у виска. — Совсем малограмотный? Зачем чего-то «тискать», когда можно просто переписать нужные файлы. А с этими материалами я больше пользы принесу, чем вся моя милиция, которая больше уже никого не бережет… Нет, похоже, твоего Кочерги нема ни в одном казино Москвы и области.
Вот новость! Можно подумать, что в карты играют только в столице и ее пригородах!
— А если, к примеру, в Туле?
— А на фига мне твоя Тула? Ты что, забыл, где я служил? Напомню: в Московском уголовном розыске. В Московском! Городском.
Саша вздохнул:
— Понимаешь, жена сказала, что наш картежник пропадал надолго, случалось, до двух недель… Значит, тупой здесь конец…
— Пока тупой, Саня.
В кабинет Грязнова ворвался его племянник Денис — рослая этакая детинушка, весь в дядю, даже с заметной рыжиной в волосах, чем он наверняка и снискал особое к себе расположение старшего родственника. Иначе так и сидел бы в своем Барнауле.
— Дядя Слава!.. Ой!.. — Это Денис увидел Турецкого и растерялся: давно, видите ли, расстались, дня не прошло.
— Быстро выкладывай, что у тебя! — сурово приказал Грязнов и, покосившись на Сашу, недовольно добавил: — И этого своего «дядю» забудь! Сколько раз повторять нужно? Здесь у нас что?
— Слушаюсь! — охотно подчинился Денис. — Докладываю, Вячеслав Иванович! Группа Чекмарева сегодня собирается подломить банк на Комсомольской площади, у трех вокзалов. А мне нужно срочно двадцать восемь тысяч — за такси заплатить.
Грязнов снова открыл сейф, вытащил несколько пачек денег.
— Сколько их будет?
— Семь.
— На, держи. Семь, говоришь? Ладно, тогда я сам сбегаю на Петровку, пусть они своих отряжают. Саня, извиняй, как видишь, время не терпит.
А чего было объяснять-то? Турецкий и сам уже понял, что в этой серьезной фирме делать ему больше нечего. Да и вообще, куда да хоть бы и «важняку» со своим кабинетом и даже напольными часами красного дерева, остановившимися, скорее всего, в день отречения от престола последнего русского царя, против таких апартаментов!
8К пяти часам Турецкому стало окончательно ясно, что сегодня блицмейстер из него прямо-таки хреновый. Он потратил несколько часов на бессмысленные, хотя и необходимые по закону, допросы жены покойного банкира Алмазова… да нет, конечно же вдовы, затем одного из его заместителей, начальника охраны банка «Золотой век», а также ответственного секретаря Ассоциации коммерческих банков. Собрал протоколы в папку и с довольно объемистым теперь «делом» отправился к Меркулову, имея намерение прямо от него отвалить домой. То есть опять-таки к Грязнову, ибо другого дома у него пока не было. Переодеться.
Вообще-то сегодня у него была запланирована еще одна встреча. Но касалась она не данного конкретного дела, а той неизбывной детской мечты, с которой он жил в последние месяцы. В Центральном доме журналиста сегодня вечером должна была состояться встреча писательско-журналистской общественности с некоторыми оказавшимися по разным причинам в Москве представителями российской эмиграции. Программа вечера была известна лишь в общих чертах, то есть лишь в пределах того, что сообщил Турецкому заместитель ответственного секретаря «Новой России», газеты, в которой он время от времени сотрудничал, и при этом предложил ему сделать об этих эмигрантах небольшой репортаж-интервью, тем более что среди них, как было сказано, есть несколько довольно известных юристов.
Итак, Саша взял в руки дело и решительно направился к двери. Но его тут же остановил телефонный звонок, который был абсолютно неуместен. Более того, он мог поломать все дальнейшие планы. Сработал стереотип поведения: «важняк» вернулся к столу и снял трубку. Но уж волю чувствам дал: