— Значит, сперва, Саш, обрисую общую картину. Начну с того, что сегодня, то есть в реально сложившейся исторической обстановке нашего государства, работа банковских структур в основе своей идет под патронажем тех или иных бандитских группировок. Как это ни клеветнически звучит, ты меня понимаешь?.. На этот счет действительно не стоит заблуждаться: дескать, мафия — все же не коммунисты, и уж они-то никак возврата к старому не допустят. К сожалению, все далеко не так. Для преступников сегодня настал поистине «золотой век». Деньги гребут уже даже не миллиардами, а триллионами рублей. Кстати, просто для сведения, хотя ты, возможно, уже знаешь эту цифру: в прошлом году они поимели лишь на теневых операциях полтора триллиона рублей. Цифра, как говорится, самая последняя. Так вот, рубли, как ты понимаешь, нынче уже не цель. В дело пошли, причем в гигантских суммах, и доллары, и марки, и франки, и фунты. И если в мафиозных структурах провести сегодня социологический опрос, как это любят делать вот тут, рядом, на нашем бывшем Калининском проспекте, то основная масса заявила бы, что прямо-таки мечтает возвратиться к командно-распределительной экономике. Знаешь почему? А так им проще действовать. Не будет той конкуренции, что давит сейчас. Но если ты приглядишься к этим людям, Саш, а ты их, конечно, не раз видел, встречал, даже руку пожимал, что мне приходится делать ежедневно и порой ежечасно, — в силу сложившихся в нашем государстве обстоятельств, как ты понимаешь, — словом, ты увидишь, что под твидовыми пиджаками и французскими сорочками от какого-нибудь де Ниро или Кардена светятся все те же пресловутые наколки: «Не забуду мать родную!» И во рту у большинства еще сияют золотые фиксы, поскольку они не успели понавставлять себе фарфоровых челюстей. И в этих рядах одно из видных мест занимал, Саш, твой Сергей Егорович Алмазов. Как это ни противно будет тебе услышать. Вот так, дорогой. Он сумел раскрутить гигантское финансовое дело — создал целую банковскую империю. А результат — вот он… В гробу. Так что я, из самых, поверь, лучших побуждений, готов только повторить тебе уже сказанное сегодня утром там, в Останкине: Саш, это невероятно трудная и вовсе не следственная проблема. Постарался бы ты не лезть в эту тухлятину, ей-богу, Саш…
Турецкий усмехнулся по поводу той необычной горячности, которая вдруг обнаружилась и в тоне, и насыщенности искренними чувствами к нему, грешному, в речи Олега Марчука-Романова, младшенького сына двух глубоко уважаемых им людей. Вообще-то стоило бы, наверное, подумать. Но…
— Олежка, дорогой, — с грустью только и смог констатировать он, — если бы ты только знал, как я понимаю и тебя и твои доводы… Я бы с превеликим удовольствием не лез. Говорил уже и могу повторить. Не получилось… Понимаешь, Олег? — И махнул рукой: — Давай дальше. Не береди душу…
— Ладно, — как-то отстраненно сказал он, — тогда перейдем к конкретным фактам. Тут я имею для тебя два варианта: один, как я считаю, достоин большего доверия, другой — основан на сопоставлениях, на предположениях, которые я бы назвал весьма достойными внимания, но все-таки в некотором роде эфемерными, что ли. Словом, я рассказываю, а ты решай сам, что больше отвечает имеющейся у тебя информации. Впрочем, давай начнем со второго. Несмотря на отсутствие у меня конкретной документации на этот счет и тщательно проверенной информации, что-то все-таки тут есть. Не знаю что, но каким-то внутренним чувством ощущаю. Итак, представь себе такую картину, несколько крупных фирм учредили банк. Ну, как это нынче делается, ты знаешь, это обычная практика. Выстраивается пирамида с помощью довольно разнузданной и необязательной рекламы, идиоты клюют на дармовые доходы, а далее, как говорится, везде, то бишь со всеми остановками. Учредители банка, реально ничего в него не вложившие, «жируют» на банковских дивидендах, строят себе виллы, покупают недвижимость где-нибудь даже не на Канарах, а уже в центре города Лондона, как мне тут недавно доложили про одного нашего о-очень высокого государственного деятеля, да, Саш, да… И вот в этой «золотой» ситуации вдруг появляется некий очень известный банкир, да еще представленный высшими должностными лицами государства на пост главного банкира страны, — ты понимаешь, каков вес данной кандидатуры, какова его финансовая котировка!.. И этот известный, повторяю, банкир предлагает, причем весьма настойчиво, поскольку сам является одним из учредителей, резко увеличить доли уставного фонда. То есть за этим должно последовать автоматически увеличение учредительских взносов. У тебя есть в чемодане под кроватью лишний невостребованный миллиард? У них тоже нет. Значит, рыбья мелочь должна немедленно отказаться от жирной и практически дармовой жратвы и выйти из игры, понимаешь? После чего вышеупомянутый банк в самых лучших традициях постсоветской финансовой системы должен перейти под опеку опять-таки вышеупомянутого банкира. Эрго: компаньоны, узнав об этом, решили вопрос по-своему. То есть предупредили дальнейшие события.