В одну из ночей Матвея разбудил стук в дверь. Взяв револьвер, Матвей встал сбоку от притолоки на случай, если он откликнется, а через дверь выстрелят. Такие случаи были.
– Кто?
– Посыльный из ПетроЧК.
– Кто именно прислал?
– Дежурный Авилов.
Действительно, сегодня дежурил Авилов. Посторонние лица знать не могли.
– Что случилось?
– Просили срочно прибыть на службу.
– Буду.
Матвей ополоснул лицо, посмотрел на настенные часы. Три часа ночи, самый сладкий сон. Что могло случиться? Тридцать секунд одеться, проверить оружие. И уже через несколько минут ехал по пустынным улицам.
У здания на Гороховой, 2 крытый грузовик стоит. Облава намечается? Так о них заранее предупреждают. Дежурный объяснил:
– Милицейский патруль остановил грузовик, недалеко от Бадаевских складов. В кузове мешки с мукой, а документов никаких. Машина перед подъездом, а шофер в камере.
Бадаев был крупным промышленником, дела вел в Москве и Санкт-Петербурге. Для торговли в обоих городах построил огромные склады. Если мешки с мукой с этих складов, то получается хищение государственной собственности, подследственное ВЧК. Хищения у граждан или артелей расследует милиция. И сроки суд за хищения дает ворам разные, за государственную собственность значительно больше.
Кроме того, сразу возникает подозрение в организованной группе. Шоферу кто-то позволил вывезти с охраняемого склада муку, продукт дефицитный. И сбыть его можно задорого, потому что не по продовольственным карточкам. Должен быть сбытчик. Вырисовывается группа не менее четырех человек, причем шофер – лицо далеко не главное. Но раскручивать надо по горячим следам. Утром главарь узнает об аресте и сбежит. Искать его потом по всей стране придется.
Для начала Матвей решил осмотреть грузовик. Забрался в кузов с керосиновым фонарем, который имелся в дежурной части. На каждом мешке бирка – мука пшеничная и дата выработки, свежая, трехмесячная. Всего мешков тридцать два, в каждом по пять пудов. Ого! Получается две с половиной тонны. Хорошие аппетиты у воров!
И в дежурку.
– Давай задержанного в мой кабинет.
Как у начальника отдела у него был свой кабинет с окнами во двор, небольшой, пять шагов в длину и четыре в ширину. Рядовые сотрудники находились в одной большой комнате, где у каждого был свой стол, всего семь. Тесно, да еще кто-нибудь на печатной машинке стучит одним пальцем. И накурено, хоть топор вешай. Матвей не курил и заставлял сотрудников периодически проветривать комнату, открывая окно. В холодное время года комната быстро остывала.
Конвоир завел арестованного. Рабочего вида мужчина, на спецовке масляные пятна.
– Садитесь. Фамилия, имя, отчество?
Когда закончил с установочными данными, спросил:
– Кому вез ворованную муку?
От вопроса шофер дернулся. Неприятно слушать про ворованное. Но Матвей специально выбирал слова, чтобы прочувствовал, куда влип и чем это грозит.
– Откуда я знал, что мука ворованная?
– А накладная на груз где? И сопровождающий груз человек? И почему ночью перевозили?
Молчит шофер, слов подобрать не может.
– Куда вез? Адрес?
– Мне сказали на хлебозавод «Красный коммунар», там встретят и перевозку оплатят. Мое дело маленькое – баранку крутить.
А срок получит, как и все члены группы. Только главарь больше, как организатор.
– Кому груз отдать должен?
– На проходной велено было попросить Булавина. А кто такой – не знаю.
Придумано ловко. Из похищенной муки выпекут хлеб, его выход будет больше, чем у муки хлебозавода, да и сбыть проще. Вырисовывалась преступная цепочка. Брать кого-либо на заводе сейчас надо, скорее всего это кладовщик или заведующий складом. Пригласил из коридора конвойного.
– Увести.
О задержании грузовика с грузом и шофера на пекарне еще не знали, времени прошло мало. Мысль возникла – взять с поличным на живца. Прошел к дежурному.
– Я грузовик заберу на пару часов.
– Не имею права, вещественное доказательство, – уперся дежурный.
– Зато подельника или всю группу возьмем. В докладной записке твою роль особо опишу, глядишь – премия отвалится или жене отрез на платье.
– Ладно, уговорил.
Это хорошо, что Матвей не в форме был, а в цивильном. Да еще пиджак снял и надел замызганную куртку, была у него такая в шкафу на всякий случай. Решил сыграть роль шофера, хотя бы на проходной. Конечно, этого Булавина обмануть не получится, хотя не факт, что он шофера видел. С шофером могли «играть» втемную, но не исключено, что врет, стараясь изобразить из себя невиновного, обманутого.