– Да, подарок, Аркадий Семёнович, действительно, царский. Кстати, одна из квартир ваша. Насколько мне известно, дальше вам служить в столице, пока членом Военного совета Военного министерства, – оторвавшись от мыслей, я продолжил диалог с тестем.
Тимофей, это несколько неожиданно. Я думал, что меня после предоставленного императором отпуска вернут назад на Дальний Восток, – Беневский пыхнул несколько раз трубкой, явно взволнованный такой вестью. – Однако известие. Это точно?!
– Про столицу и Военный совет точно. Император во время свадьбы сказал, но просил придержать эту информацию. Если что, я вам не говорил, – быстро произнес я.
Тимофей, мы же договорились на ты и просили, чтобы ты нас с Ниной называл отцом и матерью, – произнес тесть, явно обрадованный моей новостью.
– Я постараюсь привыкнуть… папа. Мне нужно время. Слишком долго я жил один.
– Привыкнешь, сынок. Обязательно привыкнешь. А новость просто отличная. Нина будет очень рада. А вот по поводу квартиры как-то неудобно получается.
– Чего же здесь неудобного. То зови мамой и папой, то с квартирой неудобно. Мы же одна семья?! Любым имением также пользуйтесь. К тому же у меня служба в основном в Гатчине проходит и, можно сказать, круглосуточно. Так что смогу вырываться только по выходным. А так Маша под вашим присмотром будет.
– Хорошо. Это было бы очень удобно. А то Порфирия Алексеевича, дядю Нины, стеснять не хочется. Он нам с Машей и так очень сильно помог.
– Вот и договорились. А квартиры пусть Маша с мамой выбирают. Им хозяйство вести, – усмехнулся я.
– Это тоже правильно, Тимофей. И извини, еще вопрос. Ты сказал, что мне пока служить в Военном совете. Что это означает?
– Насколько я предполагаю, в ближайшее время императором будут предложены в Государственный совет несколько указов по изменению законов. Также в Военном и Морском министерствах будут разрабатываться проекты по перевооружению армии и флота с учетом обобщенного опыта Китайского похода и новых технических разработок. Так что, возможно, отец, тебе придется стать одним из кураторов одного из проектов. Не знаю, как будет называться такая должность. Но это мое предположение.
– А что за проекты? Новое вооружение? – генерал, как старый боевой конь, забил копытом, услышав звук полковой трубы.
– Пока сам не знаю. Извините, Аркадий Семёнович, но большего сказать не могу.
– Понимаю, Тимофей. А что за изменения в законодательных актах. Или тоже секрет? – спросил резко поскучневший Беневский.
– Нет, не секрет. Во-первых, готовятся изменения в статуты награждения орденами и медалями. После их принятия будут награждаться солдаты и офицеры, совершившие предусмотренные статутом деяния, но при их совершении убитые врагом. А семьям погибших кавалеров будут выплачиваться денежные вознаграждения и пенсии, в зависимости от награды.
– Это правильно решил государь. Давно пора было внести такие изменения, – эмоционально откликнулся на мои слова генерал. – А еще что?
– Во-вторых, отменяется циркуляр «О сокращении гимназического образования», несмотря на сопротивление обер-прокурора Святейшего синода Победоносцева. Константин Петрович надеялся с помощью этого циркуляра остудить российское общество, ограничив передвижение из «неблагородных» слоев населения в разночинцы и студенты, основную движущую силу революционного подъема предшествующих лет. Но этого не произошло, а мы имеем дефицит в грамотных кадрах в любой сфере жизни российского общества, что тормозит его развитие, – горячо произнес я, вспоминая, как доказывал Николаю необходимость отмены этого циркуляра с аналитической справкой в руках по состоянию образования в империи.
Крепко Победоносцев вбил в голову самодержца, что тупым народом управлять проще.
– Замечательно. Империи нужны грамотные люди. Тем более рядом со мной сидит яркий пример того, на что способен человек из «неблагородных», если он яркая и гениальная, не побоюсь этого слова, личность, – Беневский положил потухшую трубку на стол. – Еще что-то интересное готовится?
– Да, готовится. Разрабатывается большой пакет норм в «Уложения о наказаниях уголовных и исправительных», ужесточающих наказание за революционную деятельность. Последнее покушение на государя, волнения студентов и рабочих в столице – это всё целенаправленные провокационные действия, направленные на свержение, подрыв или ослабление власти империи или самодержца Всероссийского. И этих провокаторов и террористов с каждым месяцем становится всё больше. Необходимо срочно сбить эту революционную волну.