– В нашем случае, Сергей Васильевич, я гарантирую, что доказательства для судебного разбирательства будут, даже если все будут молчать.
– Хочется в такое верить, – мой собеседник нервно поправил ворот рубахи. – По остальным информации мало.
– Сергей Васильевич, а Серафима Клитчоглу не дочь ли директора Амурского пароходного общества статского советника Клитчоглу?
– Да, это она. А вы что, знакомы?
– Со статским советником да, а вот дочь не видел. Н-да, дела.
– Вы правы, Тимофей Васильевич, жалко, что у достойных родителей такие дети вырастают.
– Влияние студенческой среды? – понимающе улыбнулся я.
– Оно самое. В девяносто третьем стала слушательницей историко-филологического отделения женских курсов в столице и сразу примкнула к народовольцам. В девяносто седьмом поступила в Медицинский институт и примкнула к эсерам. Занималась революционной агитацией среди молодежи, хранила и распространяла нелегальную литературу. За это была арестована три года назад и выслана в Саратов под гласный полицейский надзор, где и должна находиться. Вот материалы на нее, – с этими словами Зубатов передал мне очередную стопку листов.
– Что по последнему фигуранту? – поинтересовался я, беря их.
– Езерская, урожденная Казанович Лидия Павловна, тридцать пять лет, из дворян Могилевской губернии. Зубной врач, имеет зубоврачебный кабинет в Петербурге. Насколько я понимаю, именно там и будет проходить встреча?!
– Вам не откажешь в проницательности, Сергей Васильевич. Надеюсь, вы не отправили кого-нибудь из филеров проверять адрес? – спросил я, холодея в душе.
– Была такая мысль. Но пока еще не знаю профессиональные возможности столичного филерского отряда. Операция ваша, так что, я думаю, там агенты Дворцовой полиции работают. Я прав?! – с улыбкой поинтересовался Зубатов.
– Правы, и спасибо за ваш профессионализм. А теперь давайте договоримся, где вечером вы выставите своих людей и будете сами. Свои распоряжения до подчиненных доведете как можно ближе к началу операции, – строго произнес я.
– Понял, Тимофей Васильевич. Если бы мы были в Москве, я бы поручился за своих людей. Здесь пока таких слов я сказать не могу. Изучаю пока, кто чем дышит.
– Господин полковник, группа к штурму готова, – почти шепотом доложил мне тихо подошедший к двери квартиры Ромка.
– Приступайте, хорунжий! И не забудьте, что там, вернее всего, находится динамит, – так же тихо ответил я Селивёрстову.
Ромка успокаивающе улыбнулся мне, лихо козырнув, четко развернулся кругом и направился по лестнице вниз к выходу из подъезда, где его дожидались закрытая карета и четыре бойца штурмовой группы. Возничий был одет как обычный «шофер» экипажа с двумя лошадиными силами, а вот бойцы внутри транспортного средства для начала ХХ века были экипированы несколько необычно.
Я посмотрел в спину уходящего Ромки и подумал, что если бы сейчас в темном подъезде он встретился бы с кем-нибудь из жильцов дома, то сердечный приступ для квартиросъемщика был бы обеспечен.
Все члены штурмовой группы, да и другие бойцы антитеррористического отделения Аналитического центра, задействованные в этой операции, были одеты в защитные куртки и брюки черного цвета, короткие сапоги, также черные. На голове шлем, напоминающий «Сферу», или «Специальный титановый шлем образца 1981 года – СТШ-81».
Конструктивно он был очень прост – три профилированных бронеэлемента, толщиной три миллиметра каждый, которые вставляются в соответствующие карманы внутреннего чехла шлема, выполненного из нескольких слоев шелка, снаружи шлем покрыт внешним тканевым чехлом черного цвета. На голове шлем фиксируется при помощи ремня с кожаной чашкой, закрепляемой на подбородке. Единственное отличие от шлема из будущего – вместо титана используется сплав Чемерзина.
Помимо шлема на бойцах подразделения надеты бронежилеты с защитой паха, наколенники с налокотниками, куртка и брюки имеют дополнительные съемные защитные элементы на бедрах, предплечьях и плечах. Здесь также использовались профилированные бронепластины Чемерзина, что делало снаряжение достаточно дорогим. Точнее, очень дорогим. Правда, пару месяцев назад я подкинул Авениру Авенировичу идею многослойных дисперсно-керамических броников на основе карбида бора или карбида кремния. Теперь он весь в опытах, старается сделать дешевую, легкую и прочную защиту от пуль и осколков.