– Спасибо, Николай Иванович, – искренне произнес я, закончив чтение.
– Это я вас должен благодарить. Если бы не вы, то с господином Чан Шунем я бы никогда не смог познакомиться. А он сейчас один из двух правителей провинций, которые смогли сохранить войска, обученные иностранными советниками и вооруженные современным оружием. Поэтому Чан Шунь и командующий Бэйянской армии дзяньдзюнь провинции Чжили Юань Шикай имеют теперь большой вес у императрицы Цыси, хотя оба принадлежат «Партии реформ». И они оба являются сторонниками дружбы с Российской империей.
– И откуда такая информация?! Хотя зная вас, Николай Иванович, и вспоминая наш разговор в Порт-Артуре, не удивлен, – я внимательно посмотрел на купца.
– Ну как не может быть сторонником дружбы с Россией человек, заявивший: «Русские прекрасно понимают, что нельзя бить мышь, то есть Китайскую империю, которая ест с драгоценного блюда, то есть с КВЖД. И свое отношение к Китаю русские показали после захвата альянсом Пекина». Эти слова принадлежат Чан Шуню. И поэтому он также сказал, что следует сохранять дружественные отношения и союз с Россией. В таких условиях Россия, по мнению Чан Шуня, также окажет Китаю неотложную помощь, – произнес Тифонтай, глядя мне в глаза. – А Юань Шикай заявил императрице, что если бы не Российская империя, которая единственная из государств альянса вывела свои войска из Пекина, то не была бы принята общая основа для переговоров между империей Цин и государствами альянса, а может быть, уже не было бы и самой империи. Он напомнил этой старухе, что именно посланник России в Китае действительный статский советник Гирс предложил: сохранить исконный государственный строй в Китае, восстановить общими усилиями государств альянса центральное законное правительство в Пекине и устранить всё то, что могло бы привести к разделу Китая.
– Николай Иванович, скажите, а вы знаете, какую службу я сейчас возглавляю? – перебил я Тифонтая.
– Какой-то центр, но чем конкретно вы занимаетесь, я не знаю. В столице у меня связи слабые, – ответил купец, и было видно, как он насторожился.
– Служба называется Аналитический центр. Я ее начальник. Подчиняюсь только императору, имею право встречаться с государем в любое время. Центр имеет право получать информацию из любой государственной службы империи, включая МИД, МВД и военное ведомство, проводить ее анализ, делать выводы и обеспечивать безопасность государственных интересов Российской империи… – я сделал многозначительную паузу и продолжил: – Для решения возникших проблем в центре уже имеется подразделение силовых операций. До отъезда в Иркутск нашей службой была захвачена группа террористов-революционеров, которая готовила покушение на императора и членов его семьи. Были изъяты взрывчатка в большом количестве и оборудование для ее подрыва.
– Поздравляю, Тимофей Васильевич, государь вас обязательно наградит, – искренне произнес Тифонтай и, сложив ладони, продолжил: – Да дарует Будда долгие годы жизни его императорскому величеству и членам его семьи.
– Присоединяюсь к вашим пожеланиям! Но я еще не закончил. В службе планируется создать разведку и контрразведку для сбора информации и противодействия шпионам. Пока идет отбор кандидатов, педагогического состава, разрабатывается программа обучения, но информация, особенно правдивая, нужна уже сейчас, как воздух.
– Вы предлагаете поступить к вам на службу, Тимофей Васильевич? – спросил Тифонтай, но голос его стал холодным.
– Не совсем так, Николай Иванович. Совсем недавно в Порт-Артуре вы сказали, что делитесь со мной информацией, потому что я не люблю быть должником. Так вот я хотел бы, чтобы вы продолжали со мной делиться информацией в намного большем объеме, а я постараюсь не остаться в должниках.
– И какая информация вас интересует? – лицо Тифонтая было непроницаемо, а глаза превратились в узкие щелочки.
– Вся о том, что может повредить Российской империи в Китае, Корее и особенно в Японии, – я усмехнулся. – Я знаю, что, став поданным российского императора, вы остались патриотом Китая. И здесь мы сможем найти множество взаимовыгодных точек соприкосновения.
– И в чем будет моя выгода, Тимофей Васильевич? Я помню, что говорил вам о том, что офицеры отдельного корпуса жандармов мало понимают, какая информация проходит через купцов. И о том, что делиться этой информацией бесплатно нам не хочется.
– Это я прекрасно помню. Мой центр как структурное подразделение входит в Министерство императорского двора и уделов. Думаю, это должно вам о многом сказать, Николай Иванович, – я впился в лицо купца и был награжден тем, как широко открылись глаза Тифонтая.