Первая цель, которая была поставлена перед Костовичем, уменьшить вес двигателя и увеличить его мощность. Кинематическая схема его двигателя во многом напоминала паровую машину, что не позволяло сделать мотор компактным. Па́ры оппозитно расположенных цилиндров были установлены на общей станине, а движение всех поршней передавалось общему коленвалу и связанному с ним цепной передачей кулачковому валу. В общем, задача была поставлена, и конструктор начал ее с энтузиазмом решать.
Также большой удачей стала подсказка Игнатия Степановича еще об одном самородке в двигателестроении – Густаве Васильевиче Тринклере. Я про такого, честно говоря, и не слышал в прошлом-будущем. Кстати, о Костовиче тоже впервые услышал от Ширинкина.
Так вот, этот Тринклер еще студентом как дипломный проект разработал бескомпрессорный нефтяной двигатель высокого давления. Будучи принятым на Путиловский завод, построил этот двигатель, получив у него коэффициент полезного действия почти тридцать процентов. Специалисты в восторге от такого двигателя, а вот Эммануил Нобель, который приобрел у Рудольфа Дизеля лицензию на производство его двигателей, не очень. Он на своем механическом заводе «Людвиг Нобель», что на Выборгской стороне, уже два года назад освоил выпуск дизельных двигателей, работавших на сырой нефти, только КПД у них был ниже, а масса намного больше, чем у двигателя Тринклера.
По словам Костовича, у молодого инженера начались проблемы с директором Путиловского завода – хорошим другом Нобеля, и Тринклер собирался уехать за границу. Но вместо этого получил место за соседним кульманом в кабинете Игнатия Степановича. Так что надеюсь, в ближайшее время появятся в России компактные и мощные двигатели. А там и воздушный океан, и подводный мир будем покорять.
Кстати, в Штаты уехала делегация из представителей Комиссии по разработке проекта первой русской подводной лодки с двигателем внутреннего сгорания. В ее составе был только один из знакомых мне подводников из прошлого-будущего – лейтенант Беклемишев. Задача делегации состояла в ознакомлении с подводной лодкой «Фултон» и предложении господину Холланду перейти в подданство Российской империи. Действительно, чего изобретать велосипед, когда его можно доработать и улучшить в проекте Холланд – Джевецкий – Крылов, плюс теперь и Костович.
В октябре братья князья Михайловичи собирались посетить Париж. Очень хотят с господином Лобёфом и его подводной лодкой «Нарвал» познакомиться. Кроме этого, Сантос-Дюмон и его дирижабль также входят в их культурную программу. Глядишь, так следующие морские игры и учения будут уже с участием подводных лодок.
Эти мысли крутились в голове, пока отмокал после ужина в ванной. Интересно, какие результаты будут от повторных морских учений?! Еще две военные игры, проведенные в академии, показали, что имеющееся соотношение военно-морских сил в Тихом океане явно не в нашу пользу. Если честно, когда я на первой игре ознакомился с соотношением сил Тихоокеанской эскадры и Объединенного флота Японии на настоящий момент, то слабо мог себе представить, на что рассчитывают наши моряки. Преимущество японцев подавляющее. Единственное, где мы их превосходим – это в количестве эскадренных броненосцев. Аж на целых две штуки! Но в следующем году у японцев введут в строй «Микасу», а «Сисой Великий» и «Наварин» требуют хорошего ремонта.
По броненосным крейсерам, если учитывать «старичка» «Чиоду», у японцев на четыре больше. По бронепалубникам, если даже отправить на Дальний Восток готовящуюся к постановке в строй «Диану», против шести наших тринадцать у противника. Двенадцать японских истребителей против четырех наших, тридцать миноносцев у них, причем семь первого класса, которых также можно отнести к истребителям, и двенадцать штук у нас. Пять канонерок против шести типа «Чинучи», четырех типа «Майя», плюс «Осима», «Удзи», «Иваки», «Чинчу» и броненосная «Хей-Иен». Итого пять против пятнадцати.
И нельзя забывать о японских «старичках». А их также набиралось приличное количество. Броненосец береговой обороны «Фусо», два броненосных корвета типа «Конго», два безбронных крейсера «Такао» и «Цукуси», шесть винтовых корветов типа «Кацураги» и четыре авизо: «Яйеяма», «Тацута», «Мияко», «Чихайя». Готовый флот для охраны берега и конвоев в прибрежных водах.
Честно говоря, я вообще не представлял, как при таком соотношении морских и сухопутных сил можно говорить о победных и наступательных действиях. Это, кстати, во время второй игры отметил Николай, заявив: «Не следует пренебрегать своим противником, особенно когда моральные качества его столь своеобразны, как у самураев-японцев, а следует заботиться о достаточном развитии своих собственных сил и внимательно следить за развитием соседей».