Вторая игра вновь закончилась разгромом русского флота. Степан Осипович маниакально хотел дать генеральное сражение на море. Но к добру это не привело и на этот раз. Вновь пришлось «сдать» Порт-Артур и Квантун, а дальше вести окопную войну на экономическое истощение противника.
Великий князь Сергей Михайлович, воевавший в этот раз за «русскую партию», смог убедить Куропаткина и Сахарова, что редуты и люнеты это вчерашний день. Необходима эшелонированная оборона, врытые в землю долговременные оборонительные точки для пулеметов и орудий, а также следует использовать орудия, желательно гаубицы, только с закрытых позиций.
В ход пошли мои придумки с зигзагообразными окопами полного профиля, ежи с колючей проволокой, деревоземляные огневые точки, землянки в три наката, воздушные шары для корректировки огня. Короче, многое из того, что собирал в папочку покойный Александр Третий. Ее после нашего разговора о научно-технической революции с разрешения императора Сергей Михайлович активно изучал.
Только в ходе третьей игры «русской партии», несмотря на отдельные неудачи и потери, в целом удалось выполнить задачу по помощи в развертывании в Маньчжурии и на границе с Кореей русской армии, а также по затруднению высадки японских войск как в Корее, так и на Квантуне.
Куропаткин в начале игры отметил, что в связи с удаленностью возможного театра военных действий, несмотря на находящиеся сейчас в Маньчжурии наши войска, в первые месяцы войны японская армия будет иметь превосходство над русской. Поэтому основной задачей русского флота в начале войны должно быть обеспечение стратегического развертывания русской армии в Маньчжурии.
Соответственно, из предыдущего положения вытекал вывод о значении крепости Порт-Артур и Квантунского полуострова. Представители армии после двух игр четко определили, что данный театр боевых действий в целом имеет для боев на суше второстепенное значение, несмотря на то что крепость и находящиеся там войска будут подвергнуты обязательной атаке противника. Но оборонять Порт-Артур надо до последнего, для того чтобы стянуть туда как можно больше японских войск. Основная цель войны, отстоять Маньчжурию и победить, чтобы диктовать свою волю противнику.
Макаров по поводу роли флота в обороне Порт-Артура заявил, что вынужденное придание Квантуну, вследствие его слабости, значения главного объекта действий противника заставляет наш флот заниматься обороной сухопутной крепости. Данная задача для флота несвойственная, поэтому может быть выполнена лишь относительно. По той же причине флот отвлекается от своих главных задач и попадает в весьма невыгодное исходное положение для операций на море.
Несмотря на такое заявление, во время третьей игры Макаров генерального сражения двух флотов избегал, активно используя минирование с «Амура» и «Енисея», а также атаки миноносцами. В этой связи в конце этой игры был сделан важный вывод о сбалансированности состава русских морских сил на Дальнем Востоке – в их составе явно ощущался недостаток современных крейсеров и миноносцев.
Еще одной проблемой по результатам разбора игры были трудности, связанные со снабжением кораблей углем, что в значительной степени стесняло действия русской стороны. По данному вопросу контр-адмирал Рожественский предложил срочно заняться решением этой проблемы, в том числе и за счет разработки месторождений местного угля.
В общем, победоносной и маленькой войны не получалось. Все три игры показали, что война будет на истощение на суше и кому как повезет на море. При этом есть большая вероятность лишиться Тихоокеанского флота. Это еще во время игр не поднимался вопрос о том, как поведут себя наши заклятые союзники по антикитайской коалиции.
Я очнулся от дум, быстро домылся и отправился к супруге в спальню. Две ночи у меня точно есть, и надо провести их ударно. А то вернется государь с учений, и когда потом смогу вырваться домой – даже и не знаю.
Следующий день провел с Машенькой. Она на учебу тоже не пошла. Позавтракали, прогулялись по Невскому проспекту. Возвращаясь с прогулки домой, зашли в Пассаж и посетили «Зрелище электронного мира». Так здесь и сейчас называлось изобретение братьев Люмьер – синематограф. Зальчик с экраном был небольшой, мест на шестьдесят.
Показывали три фильма. Первый – о прибытии поезда на вокзал. Мне сразу же вспомнился фильм «Человек с бульвара Капуцинов». Как ковбои палили из револьверов в надвигающийся на экране поезд. Мне было смешно и грустно. А вот Машенька тоже напугалась и крепко прижалась ко мне, схватившись за плечо.