– Оригинально! И это пишет начальник Московского охранного отделения?! – лицо Великого князя Сергея Михайловича, прервавшего мой монолог, выражало искреннее удивление. – Да он у нас революционер!
– Ваше императорское величество, данные действия, по моему мнению, позволят перехватить руководство рабочим движением у революционных партий и направить его в сугубо экономическое русло, сделав безопасным с политической точки зрения для монархического строя. А рабочий класс пригодится Российской империи для другой революции…
– Ещё один революционер…, - рассмеялся Сергей Михайлович.
– Для какой революции? – улыбаясь, но с какой-то настороженностью в глубине глаз спросил император.
– Для научно-технической, Ваше императорское величество, без которой Российской империи не быть великой державой!
Глава 6. Мечты
Я осмотрел лица присутствующих, на которых после моего заявления застыло задумчиво-удивлённое выражение.
Честно говоря, готовился я к этому разговору с Николаем давно, а здесь такая возможность и в таком кругу. Сандро уже сказал, что с нами. В принципе, если бы не его разговор с Николаем, то нас уже не было бы в живых после подрыва моста и поезда. Я и Ширинкин – слишком много знаем. И без Николая – смертники. А вот брат Сандро и ещё один молодой дядя императора по имени Сергей Михайлович, судя по последним дням, тоже вошёл в нашу команду.
И меня это устраивало. Один брат в перспективе на Морское ведомство, а второй на ГАУ. Глядишь, вопросы по вооружению и перевооружению армии и флота можно будет решать к Первой мировой войне быстрее и проще.
Эти мысли пролетали в моей голове, но были прерваны вопросом Ширинкина:
– Тимофей Васильевич, а это что за революция? Что-то мне не встречалась такая!
Император и его дяди молчали, но на их лицах застыл такой же вопрос.
– Ваше императорское величество, – начал я, но был прерван Николаем.
– Тимофей Васильевич, господа, без чинов. Насколько я понял, мы сейчас услышим от господина полковника очень интересные виденья развития промышленности и науки в будущем, поэтому создадим неформальную обстановку. Продолжайте, Тимофей Васильевич.
– Спасибо, Николай Александрович. Итак, научно-техническая или научно-промышленная революция. Что я подразумеваю под этим названием?! Если кратко, то стремительное и очень быстрое развитие различных отраслей науки, которое приведёт к не менее стремительному и качественному развитию производительных сил с коренной перестройкой технических основ материального производства, – я сделал лекторскую паузу, давая возможность слушателям осознать моё определение новой революции. – Мы сделали первый шаг в двадцатый век, и всё говорит о том, что через десять-пятнадцать лет мы не узнаем нашего мира из-за огромного количества технических новинок, которые войдут в наш повседневный быт. И, само собой, из-за новых средств убийства себе подобных. Вся история человеческой цивилизации – это история развития оружия и войн. Развитие науки, техники, производительных сил приведёт в ближайшее время к развитию таких видов вооружения, что боевые действия будут вестись на земле, на воде, под водой и в воздухе. Это, соответственно, приведёт к изменению тактики и стратегии ведения боевых действий, так как придет эра войны моторов.
Я замолчал и посмотрел на каждого из присутствующих в кабинете.
– Эра войны моторов, – задумчиво произнёс Сергей Михайлович. – Интересное название.
– Война в воздухе и под водой…, - недоверчиво хмыкнул Сандро.
Император и Ширинкин просто вопросительно смотрели на меня, ожидая продолжения моего рассказа.