Про музейные экспонаты того же Эрмитажа и семейные драгоценности я, вообще, молчу. Мне случайно попал в руки список коронных бриллиантов из драгоценностей Бриллиантовой комнаты Зимнего дворца, которые в количестве восьмидесяти шести штук были переданы Елене Филипповне для ношения.
На нашем с Машенькой торжестве на императрице были надеты диадема и колье стоимостью больше двухсот тридцати тысяч рублей, плюс кольцо-солитер с бриллиантом по оценке шестьдесят пятого года стоимостью в двести тысяч. Общая стоимость взятых Еленой украшений составляла почти два с половиной миллиона рублей. Насколько слышал, опись коронных бриллиантов включает в себя около четырехсот инвентарных единиц. Это, какие же деньги только за коронные украшения с брюликами?!
А взять сами короны царствующего дома Романовых. Особенно Большую Императорскую корону, в которой короновался Николай. Слышал от одного ювелира, что её украшает больше пяти тысяч драгоценных камней общей массой почти три тысячи каратов. Самый большой камень – красная шпинель – весит почти четыреста карат. Цену её, конечно, определить трудно с учётом исторической ценности. Но, по словам старика ювелира, в короне одних камней на почти восемьдесят миллионов рублей.
В общем, я теперь знаю, кого буду раскручивать на финансирование различных проектов. Как говориться, если народ не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую. В нашем же случае можно сказать, хочешь остаться на троне – развивай экономику, армию и флот. Даже за свой счёт.
Эти мысли мигом пронеслись в голове, вслух же я произнёс:
– Ничего, Аркадий Семёнович, прорвёмся! В смысле не упадём! Государь и государыня ко мне благосклонны. Главное их расположение не потерять, а для этого надо добросовестно и с отдачей всех сил служить.
– О том, как ты служишь, мне дочь рассказывала. За четыре месяца три встречи. Она уж думала, что старой девой останется, а мы до внуков не доживём, – тесть затянулся и с улыбкой выпустил клуб дыма. – Кстати, внука или внучку когда ждать? А то Маша сказала, что не собирается заводить детей пока не закончит учёбу.
– Ну, это её мнение, а я буду стараться, чтобы это событие наступило, как можно раньше. Не хочу, чтобы на мне род Алениных пресёкся. А институт и экстерном закончить сможет. Химическую лабораторию я ей и здесь в имении организую. Хочет создать новое лекарство, как Бутягины – без проблем. Теперь с подарками императора нам и такие траты по плечу, – несколько резко произнёс я, так как со мной на тему откладывания на несколько лет рождения ребёнка Маша не говорила.
– Это правильно, Тимофей. Я тебя, сынок, полностью поддерживаю. Главное в нашей жизни семья, дети. Жалко, что это начинаешь понимать только с возрастом. Как только внук или внучка родится сразу же в отставку подам. Хватит, наслужился, намотался по всей России-матушке. Только на Дальнем Востоке больше десяти лет провёл. Хочу внучат нянчить! А как об этом Ниночка мечтает, – лицо генерала расплылось в умилительной улыбке, которую не смогли скрыть его борода с усами. – И подарок от государя и государыни вам на свадьбу, действительно, императорский.
«Это уж точно!» – подумал я про себя. Такого подарка я не ожидал и был даже несколько напуган такой щедростью императорской четы. Подарил Николай Второй мне с Машей как свадебный подарок огромный доходный четырёхэтажный дом на углу Невского проспекта и Садовой улицы. Баронесса Анна Павловна Кусова, которая была хозяйкой этого дома, будучи вдовой первого барона из рода Кусовых, искала покупателя на него, чтобы поделить наследство между двумя сыновьями. И этим покупателем стал император.
В этом доме на втором этаже для нашего проживания были свободны две квартиры по четырнадцать комнат. Остальные квартиры сдавались, кроме того в этом доме находилось издательство «Просвещение», которое выпускало серии «Всемирная библиотека», «Библиотека „Просвещения“» и другие. Его соседями были контора Общества взаимного кредита лесопромышленников, Невское отделение редакции журнала «Огонек», редакция журнала «Нувелист», газета «Биржевые ведомости», музыкальный магазин Иогансена, юридический книжный магазин Мартынова, магазин оптических и физических приборов Урлауба, фотография Штейнбоха, курсы бухгалтерии Янсона, аптека Брезинского, медико-фармацевтическая фирма «Садово-Невская лечебница» и ещё что-то.
Дом мы ещё не смотрели, но по переданным документам доход от аренды он с учётом затрат на его содержание приносил от десяти до пятнадцати тысяч в год. При этом в нашем распоряжении для проживания в центре Санкт-Петербурга, можно сказать, было бесплатно двадцать восемь комнат. Охренеть и не встать!