Это ещё Аркадий Семёнович не знает о земельном участке, который мне прирезали после террора в Англии в Зейском районе, рядом с моим прииском. Ещё в начале мая благовещенский купец и золотопромышленник Ельцов Иван Петрович, с которым у нас договор о разработке моего прииска, отправил две разведочные партии на новый участок. Будем надеяться, что золото найдётся. Надо будет и в будущий завод Максима акционером влезть. К концу года от имеющегося прииска не меньше пятнадцати тысяч придёт. А если удача улыбнётся, то и того больше.
А вот на следующий год можно будет подумать о создании небольшого заводика по производству миномётов и мин к ним. Организовать закрытое акционерное общество из четырех акционеров: Николай Второй с его пятьюдесятью процентами, моих двадцать плюс привилегия, патенты за конструкцию, по пятнадцать процентов Максиму и Мадсену.
Но это пока мечты, и не известно больше пользы или вреда принесёт для Российской империи использование миномётов в конфликте с японцами. Слабовата у нас материальная база. Как бы потом в Великую войну не обжечься. Закидают нас немцы минами, и пиши письма с жалобами на свою глупость неизвестно кому. Нет, конечно, если основным акционером будет император, то ГАУ не должно будет сопротивляться принятию миномётов на вооружение, а также их большому количеству уже на батальонном уровне, а ещё лучше на ротном.
– Да подарок, Аркадий Семёнович, действительно, царский. Кстати, одна из квартир ваша. Насколько мне известно, дальше вам служить в столице, пока членом Военного совета Военного министерства, – оторвавшись от мыслей, я продолжил диалог с тестем.
– Тимофей, это несколько неожиданно. Я думал, что меня после представленного императором отпуска вернут назад на Дальний Восток, – Беневский пыхнул несколько раз трубкой, явно взволнованный такой вестью. – Однако, известие. Это точно?!
– Про столицу и Военный совет точно. Император во время свадьбы сказал, но просил придержать эту информацию. Если что, я Вам не говорил, – быстро произнёс я.
– Тимофей, мы же договорились на ты и просили, чтобы ты нас с Ниной называл отцом и матерью, – произнёс тесть, явно обрадованный моей новостью.
– Я постараюсь привыкнуть…, папа. Мне нужно время. Слишком долго я жил один.
– Привыкнешь, сынок. Обязательно привыкнешь. А новость просто отличная. Нина будет очень рада. А вот по поводу квартиры, как-то неудобно получается.
– Чего же здесь неудобного. То зови мамой и папой, то с квартирой неудобно. Мы же одна семья?! Любым имением также пользуйтесь. К тому же у меня служба в основном в Гатчине проходит и, можно сказать, круглосуточно. Так что смогу вырываться только по выходным. А так Маша под вашим присмотром будет.
– Хорошо. Это было бы очень удобно. А то Порфирия Алексеевича, дядю Нины стеснять не хочется. Он нам с Машей и так очень сильно помог.
– Вот и договорились. А квартиры пусть Маша с мамой выбирают. Им хозяйство вести, – усмехнулся я.
– Это тоже правильно, Тимофей. И, извини, ещё вопрос. Ты сказал, что мне пока служить в Военном совете. Что это означает?
– Насколько я предполагаю, в ближайшее время императором будут предложены в Государственный совет несколько указов по изменению законов. Также в Военном и Морском министерствах будут разрабатываться проекты по перевооружению армии и флота с учётом обобщённого опыта Китайского похода и новых технических разработок. Так что, возможно, отец, тебе придётся стать одним из кураторов одного из проектов. Не знаю, как будет называться такая должность. Но это – моё предположение.
– А что за проекты? Новое вооружение? – генерал, как старый боевой конь забил копытом, услышав звук полковой трубы.
– Пока сам не знаю. Извините, Аркадий Семёнович, но большего сказать не могу.
– Понимаю, Тимофей. А что за изменения в законодательных актах. Или тоже секрет? – спросил резко поскучневший Беневский.
– Нет, не секрет. Во-первых, готовятся изменения в статуты награждения орденами и медалями. После их принятия будут награждаться солдаты и офицеры, совершившие предусмотренные статутом деяния, но при их совершении убитые врагом. А семьям погибших кавалеров будут выплачиваться денежные вознаграждения и пенсии, в зависимости от награды.
– Это правильно решил Государь. Давно пора было внести такие изменения, – эмоционально откликнулся на мои слова генерал. – А ещё что?