Фиорий не мог унять дрожь в руках. На арене творилось что-то невообразимое. Сейчас он активно вглядывался в сотворённые из жертвенной крови врага копии Сетары.
— Их одежда. Одеяния жриц древнего ордена Тауматургов. — Улыбнулся Иралий. — Если ещё и сами копии обладают хотя бы толикой способностей жриц, то нас ждёт занимательное зрелище.
Щупальца вновь взвились над изрыгающим проклятия кардиналом Цимицхием. Потоки вновь заискрились красными молниями, формируя острые лезвия. Тем временем три кроверождённые неумолимо приближались. В руках каждой из копий сформировались парные кинжалы.
С шелестом шесть тентаклей атаковали в ответ. Проявляя чудеса скорости и акробатики, каждая из копий либо парировала удары, либо легко уклонялась от них. А затем случилось невероятное, все три просто просочились через выставленный барьер, разнеся его в клочья.
— Не позволю! — В голосе кардинала уже явно сквозила паника.
Единым порывом все шесть щупалец атаковали ближайшую цель. Кроверождённая взмыла в воздух, обходя пять атакующих лезвий, но в момент достижения наивысшей точки, шестое щупальце скользящим боковым ударом разрубило копию надвое.
— Ааа, нет, нет, нет! — Заволновался Фиорий, справедливо опасаясь, что кровавые фантомы столь же уязвимы, как и золотые.
Буквально доли секунды две половинки летели рядом, а затем жидкости устремились навстречу друг другу, и невредимая красная копия приземлилась вплотную к Цимицхию. Два красных лезвия вошли в грудь врага.
Началась кровавая баня. Три копии с ожесточением полосовали вопящего кардинала. Только бешеная регенерация за счёт бушующей магии крови поддерживала в нём силы. Щупальца били во все стороны, пытаясь достать агрессоров. Предвосхищая дальнейшие действия мага по отходу к краю арены, одна из копий остановила свои атаки, а затем двумя мощными ударами в голени Цимицхия сломала ему ноги.
Упавший на колени истекающий кровью Цимицхий начал менять свою тактику. Высвобожденная собственная кровь придавала сил его магии. Он снова начал покрываться костяным панцирем. Звуки звенящих ударов, усиленные звуковым заклятием, огласили арену.
Это явно не входило в планы порождений магии. В мгновении ока кинжалы пропали из рук центральной Сетары. В следующий момент кроверождённая вцепилась в формирующийся доспех, пытаясь не дать разрастающемуся костяному покрову сомкнуться на уровне шеи кардинала. С треском воротник всё же поддался и, наконец, разлетелся надвое.
— Смотри внимательно, Фиорий. Истинные жрицы крови.
Рот центральной копии приоткрылся. Магия работала настолько щепетильно, что даже имитировала такие элементы, как зубы. Хороший обзор и острое зрение позволили Фиорию увидеть это. Резцы кровавой героини удлинились, формируя острые клыки. Просто прекрасно!
Бросив взгляд на Сетару, Фиорий понял, что впервые видит её в таком состоянии. Глаза героини блестели иномирным красным светом, зубы были плотно сжаты, будто она боролась с какой-то болью внутри себя.
«Умри! Дай мне совою кровь!»
Нет, не её мысли. Сетара тяжело дышала, сдерживая порывы противоестественной для неё магии. Происходящее вокруг всё больше напоминало какую-то бессмыслицу. С чавканьем одна из её копий впилась в горло кардиналу Цимицхию. Вампиры? Её кровавые копии ещё и вампиры?!
Каким-то странным зрением, видимо дарованным магией крови, героиня могла наблюдать за тем, что было незримо для большинства. Укус стал переломным моментом. Если до этого Цимицхий защищался из последних сил, но кое-как сохранял боеспособность, то теперь магия просто начала утекать из него вместе с кровью. Оставшиеся две вампирши также обнажили клыки, присоединившись к трапезе.
Пробившийся через трибуны раненый воин еле дышал:
— Достопочтимый Фиорий, в городе волнения. Отряды Клана луны во главе с прибывшими в город жрецами Асардона штурмуют клинику. Наш Клан пока держит оборону. Если бы не силы выступившего на нашей стороне боевого корпуса чародеев, то защитников бы уже смяли.
Чародеи?! Фиорий скосил глаза на поглощённого происходящим на арене Иралия. Каким-то образом ощутив на себе взгляд, Иралий улыбнулся:
— Ещё накануне я отдал соответствующее распоряжение.
Ну, да, все всё знали и предусмотрели. Фиорий всё больше ощущал себя самым распоследним дураком. Подумать только, он что с утра реально думал, что асардонцы вот так просто отдадут власть?
— Что личная гвардия лорда Зерания? Их дом также выступил против нас?