И сейчас он, витязь России, ощущал на щеках живительное прикосновение ветра – неизменного друга, открывающего путь к новым вершинам. Они манили его тайной бытия, предвещая бурю, без которой тягостно, скучно и в которой спасение от пустоты. Скорей же туда, навстречу этой долгожданной буре!
От дум о вечном его отвлекла мысль о Марианне: уцепившись за конкретную задачу, он будто приказал себе этот вечер провести с любимой. Первым делом они сходят в аптеку и купят тест. Но для этого нужно провести мероприятие. Для этого задачу надо решить. Все посторонние мысли разом куда-то растворились.
В конце концов, это же здорово – когда можно взять любимый кинжал и отправиться с ним туда, куда зовёт долг.
На свою остановку Штрум выпрыгнул легко и будто радостно – «раньше сядешь раньше выйдешь». Преодолев триста метров, в лесополосе позади Ледового Дворца он увидел тех, кто сегодня идет вместе с ним. Группы по пять-шесть человек… негусто. Взгляд цеплял детали, от которых Виктор скривился: нашивки, ботинки с белыми шнурками, цыплячьи шейки, полторашки пива в руках. Землистого цвета мордочки с печатью раннего алкоголизма перемежались с румяными детскими физиономиями школьников-старшеклассников. Знакомых было мало, и из этого следовали плохая подготовка и низкая мораль состава.
За своих фольксшутрмовцев он был уверен, вот они, отдельной кучкой взирают на прибывающий народ. Беспокоили друзья и друзья друзей; все ли, кто обещал, прибудут на Исаакиевскую площадь. Кивнув своим, Штрум продолжил обход. Впереди и чуть в отдалении стояло полтора десятка совершенно других личностей – более похожих на реальных бойцов, нежели школьники-скинхеды. Непримечательная одежда по погоде, небольшие сумки на поясе, короткие стрижки и жесткие взгляды. По своеобразной моде олимпийки были подвернуты до локтей: среди типичных жертв много плохих борцов и любителей хватать за руки. На руках двоих уже были одеты строительные перчатки с пупырышками, главное орудие производства. Не сказать что эти люди как-то сильно отличались видом и возрастом от остальной массы… чуть спортивнее если только. Но было в них что-то такое, от чего рядовому обывателю становилось не по себе. Разгадка была проста: от группы молодых людей буквально несло смертью. Это был основной состав широко известной в узких кругах дружественной Фольксштурму бригады. Знамениты они были тем, что регулярно и систематически акционируя и за несколько лет деятельности имея за плечами десятки убийств и тяжких эпизодов «основа» оставалась на свободе. Вокруг них, а всего вокруг бригады вертелось от сорока до восьмидесяти человек – садились. Этих же будто сам черт берег для каких-то своих важных бесовских дел. Сейчас перед серьёзной акцией, при внимательном взгляде на них отмечалось общее впечатление суровой торжественности и мощи.