Прошли широкие двери, столь же широкий коридор несколько раз повернул и вывел всех на балкон, с которого открывался не то чтобы неожиданный, но совершенно невероятный для недр холодной тёмной планеты вид.
29.
С балкона, с высоты метров в пятьдесят, был виден город: красные крыши, мощёные улицы, многочисленные деревья. Дома редко превосходили по высоте три этажа, чаще двух или одноэтажные. Где-то вдалеке виднелось несколько зданий побольше. Некоторые сооружения отчётливо напоминали посещённый в начале этого рейса Храм Трёх Гор, может, тоже храмы? Рядом с крупными зданиями просматривались площади. Улицы разделяли дома на кварталы правильной формы. Какие-то кварталы были целиком зелёные – деревья, кустарники, трава. Где-то дома имели прямоугольную форму, на целый квартал. Тогда внутренняя часть квартала могла содержать зелень – парк, сад или лужайку. Местами изредка блестела вода – фонтаны, бассейны? Зданий можно было насчитать не одну сотню.
По улицам ходили люди. Веял слабый ветерок, в воздухе висел запах недавно закончившегося дождя. И всё это – в трёхстах световых годах от Земли, в пяти световых годах от ближайшей звезды, в недрах планеты, поверхность которой уверенно определялась как имеющая температуру близкую к абсолютному нулю!
По сути – скорее всего увиденное не могло быть ничем иным как огромной пещерой, но освещение, наверняка специально, здесь устрили так, что сверху мерещилось вполне реальное небо, разве что без ярко выраженного солнца. Где-то с облаками, а где-то и без. И только взгляд в сторону от балкона напоминал, что вокруг – каменные стены: серые, чёрные, неплохо обработанные, но стены пещеры. Рядом виднелось ещё несколько таких балконов. И с каждого из них, как и с того на котором стояли, вниз вёл просторный лифт.
– Вот это я понимаю – климатизация! – восхищённо произнёс Джерри.
Встречающие заулыбались. Публий Генуций ответил:
– Длительное проживание в замкнутой системе не идёт никому на пользу. Учтено и реализовано почти всё, что должно быть на нормальной комфортной планете. Само собой, в зоне средиземноморского климата. У вас ещё будет возможность осмотреться, а сейчас мы можем продолжить путь. Идти недалеко.
Вошли в лифт, спустились вниз. Джерри обратил внимание, что на двери лифта снизу значилось – «XXIV». Пошли вперёд, и встретив буквально пару прохожих, не проявивших особенного интереса, через пару кварталов подошли к высокой широкой двери. Дверь располагалась как раз посреди дома, занимавшего целый квартал. На двери висело металлическое кольцо, видимо в качестве ручки, и виднелось углубление. Претор поднёс свой медальон к углублению, и дверь плавно открылась.
– Вот тот дом, о котором я говорил. Он в полном вашем распоряжении. Если будет необходима помощь – не стесняйтесь обращаться. А сейчас я прощаюсь с вами. Отдыхайте, обедайте, приходите в себя после вашего трудного пути. До скорой встречи!
Взмах рукой и Публий Генуций со всем его сопровождением степенно зашагал куда-то дальше. Джерри оглядел свою команду. Фалатар, в ответ на его взгляд кивнул и уверенно направился в распахнутую дверь. Стоять дальше посреди пустой улицы было бы странно, бежать догонять Генуция – не хотелось, сам придёт. Направились внутрь. Когда все вошли, дверь столь же плавно закрылась. Но не замкнулась, по крайней мере, изнутри её легко было открыть просто рукой.
Внутри открылось просторное помещение, практически пустое, какие-то лавки и вешалки вдоль стен и всё. Но мозаичный пол с несколькими геометрическими орнаментами и стены с картинами создавали впечатление, что это вход в музей. Самая большая мозаика изображала объёмные кубики, которые при пристальном осмотре можно было сориентировать в разные стороны. А картины в основном с животными, деревьями, и парочка с очевидно космическими кораблями на фоне звёзд не висели на стенах, они были прямо там и нарисованы. Арка напротив входной двери вела дальше, в приличных размеров внутренний прямоугольный двор.
Посреди двора – бассейн с мозаичным дном, прозрачной водой, рыбками и небольшим фонтанчиком в виде статуи мальчика, держащего большую ракушку. Такое ощущение, что мозаиками здесь были выложены все горизонтальные поверхности, будь то дно бассейна, двор или пол комнат. Предметам мебели, стоявшие вокруг бассейна, больше всего подходило название – лежаки, но не как на пляже, а что-то основательнее и солиднее. И, вероятно – удобнее, если нужно прилечь в тени и полежать-помечтать, глядя на воду и рыбок.