Прошли через парк, квартал целиком занятый растительностью, дорожками и скамейками. На вид смогли определить пальмы разных видов, сосны с круглыми кронами и цветущие олеандры. Было ещё много чего, но это же надо разбираться в предмете. Среди экипажа ботаников не было, разве что Фалатар, судя по виду, что-то в этом понимал. Но он, как обычно, не рассказывал. А расспрашивать было некогда.
Иногда прямо на улицах встречались фонтаны немного непривычной формы. Такое впечатление, что они были предназначены не для того чтобы украсить пейзаж, хотя могли бы, а просто для набора воды. Иногда возле них стояли люди и беседовали. Людей на улицах, впрочем, как и вчера, было немного. Побольше стало, когда дошли до площади, окружённой высокими зданиями, явно не частными резиденциями.
Самое большое здание походило на храм: высокие ступени, колонны, на фронтоне какие-то фигуры. Если приглядываться – что-то про металл, кузнецов, огонь и вулканы. Были ещё строения, похожие на храмы, но поменьше. Тит уверенно вёл их к зданию, в которое попадали через высокую арку. Пройдя внутрь, обнаружили открытый двор с колоннадой и помещениями, в которые вели похожие арки, но поменьше, по периметру двора. Кажется, для таких помещений был отдельный термин – портик, соответственно, если много – портики.
Со словами и терминами вообще приключилась беда. У этих римлян для всего было своё название. Когда смотрели и слушали путеводитель по дому, все названия в голову просто не уместились: вестибул, триклиний, перистиль, имплювий, таблинум. И это просто обозначения комнат и объектов жилого дома. Наверное, и в архитектуре также.
Во дворе людей было побольше, встречались не только в туниках, но в тогах. Люди входили в портики и выходили из них, чего-то ждали и беседовали. Тит что-то сказал в свой медальон, получил ответ и махнул рукой в сторону одного из портиков. Мол, дошли, вам сюда. Убедился, что Джерри и компания вошли, попрощался и ушёл.
Внутри, в портике их ожидал один из сопровождавших вчера претора людей, тот, что в синем. И повёл дальше, через дверь в стене портика. За дверью был небольшой зал, с креслами по периметру. И одним выдающимся стулом во главе зала. На стуле сидел Публий Генуций в тоге и с кем-то беседовал. Это кто-то тоже был одет в тогу, но чёрную. И разговор, судя по всему, шёл если и не на повышенных тонах, то что-то вроде этого.
– Я настаиваю, – говорил человек в чёрном, – и не откажусь от своего мнения. Ты делаешь ошибку, за которую нам всем придётся дорого заплатить.
– Я уже говорил, – отвечал Генуций, – что понимаю твою тревогу, но решение принято. И очень надеюсь, что ты окажешься неправ.
– За моей спиной наши обычаи и само наше существование. Не мне напоминать, зачем я всё это говорю.
– Всё так, но не всегда соблюдение традиций ведёт к тому, что нам всем нужно.
– Я сказал. И скажу снова.
– В этом твоя должность, – ответил Генуций
Человек в чёрном повернулся, и двинулся к выходу. Здесь он заметил вошедшую делегацию, сухо кивнул и прошествовал мимо.
Генуций тоже заметил вошедших, встал, поприветствовал и жестом пригласил подойти поближе. А пока они шли – сказал что-то в медальон. В ответ практически без задержки в помещение вошли ещё несколько человек. Двое несли стол, ещё двое – знакомый договор и какое-то устройство.
– Каково будет твоё решение, капитан? – не стал тянуть Генуций.
– После внимательного прочтения я не нашёл в себе сил отказаться, – улыбнулся Джерри.
– Очень рад! Кто-то должен начинать сдвигать эту глыбу с места. Почему бы и не мы с тобой?
– Глыбу?
– Ты же наверное в курсе, что Земная Федерация и Res publica Populi Romani не имеют между собой никаких официальных отношений. Почему бы тебе не быть первой ласточкой?
– Но я уже говорил, что я не руководитель и не политик.