После лифта и балкона путь через несколько поворотов и перекрёстков привёл в небольшую комнату. Здесь уже не так веяло древней историей, разве что в оформлении стен под камень и с изображениями. Всё остальное: прозрачные и зеркальные поверхности, какие-то защитные колпаки, масса инструментов и устройств непонятного предназначения. И под большим прозрачным колпаком – знакомая стела. Рядом – два инженера, в каких-то защитных свободных комбинезонистых костюмах. Комбинезоны частично расстёгнуты, и видны обычные туники, часто встречающиеся здесь. Ликторы тут же разложили стул для претора. Впрочем, он на него не сел.
Приветственные взмахи рук:
– Следует признать, что или у нас неверные данные и это пустышка, или мы чего-то не знаем. Камень на просвет не даёт ничего, и это очень странно.
– Данные верны, – ответил Генуций, – и если ничего не получится, придётся отсылать в столицу. Хотелось бы справиться самим. И дополнительные сведения однозначно говорят, что мы можем рассчитывать на помощь наших гостей.
– Дополнительные? – инженер сомневался.
– Именно так. Есть сообщение от коллегии авгуров. И данные детектора сазеро.
– Если от коллегии авгуров, может сразу следовало отослать им? Инженеры в таком случае бессильны.
– Погоди, – и уже обращаясь к Джерри, – я знаю, что среди твоих спутников есть один, кто может совершать необычное. И его зовут Фалатар.
– Это я, – ответил Фалатар, – необычного не обещаю, но посмотреть могу. Только уберите этот колпак.
Колпак сняли. Стела – камень как камень, слегка потёртый, изображение как изображение. На земле до сих пор время от времени откапывали какие-то древние каменюки. Люди в древности успели наделать массу странного. Фалатар поднёс руку к камню, дотронулся, чуть погладил.
– Почему мне не показали его раньше? Наверное, повода не было. Этот камень очень важен?
– Критически важен, – ответил Публий Генуций.
– Необычный камень. Тогда не удивительно. У этого камня есть цель. И ещё – он боится.
– Камень, цель, боится? – Джерри не понимал.
– Вот они, дела авгуров, – согласился инженер, – я этого никогда не понимал, но если они что-то сообщают, это не очень укладывается в голову. Но как-то работает.
Фалатар между тем продолжал изучать стелу. Где-то нажал, что-то потёр пальцем.
– Да, его цель что-то сохранить. И он боится, что не выполнит. Он боится всего и всех нас. Мы не внушаем ему доверия.
– Камень?
– Камень. Чьи знания скрыты в этом камне? Они выглядят также как мы?
– Отличный вопрос! – Генуций что-то тихонько скомандовал инженерам. Те что-то принесли, включили, и рядом с камнем появилась объёмная проекция человекообразного существа, только невысокого, косматого и с двумя рогами на голове.
Все затихли.
– Да, – после паузы произнёс Фалатар, – это то, что нужно. Но камень боится давно, и привык только бояться. Я попробую его уговорить, но мне потребуется время. Сколько – не знаю. Будет лучше, если вы оставите меня здесь одного. И ещё, расскажите, как связаться с вами, когда я закончу.
– Фалатар, если ты умеешь разговаривать с камнями, – заметил Джерри, – то твои таланты ещё многограннее, чем мы знаем.
– У всех свои недостатки.
34.
Один из инженеров показал Фалатару, как пользоваться местной связью. В лаборатории были предусмотрены разные варианты, от тревожной кнопки с вызовом подготовленного к разным ситуациям персонала до переговорного устройства с возможностью переадресации вызова в широких пределах. Когда инженер заговорил о предельно опасных ситуациях и возможности самоуничтожения с полной зачисткой, Фалатар прервал его – не потребуется. Он уверен, что никакой опасности нет, кроме ситуации, когда камень не удастся уговорить. В таком случае будет отсутствие результата, а не необходимость зачистки. Тогда камень останется просто камнем, хоть режь его, хоть взрывай.