Корабль осьминогов на грани саморазрушения, внутри идут неуправляемые процессы, остановить их нет никакой возможности. У людей как раз грузовое судно, верно? Если бы люди согласились отвезти выживших осьминогов по указанному адресу, то получили бы приличное вознаграждение. Какое? Финансовые системы людей и осьминогов не имеют точек соприкосновения, но всегда можно договориться. Адрес оказался ни много ни мало тоже в секторе Южной Гидры, и тоже на расстоянии даже чуть больше тысячи световых лет. Опять совпадение!
К сожалению, среди осьминогов есть раненые, и нет своего врача. Сейчас они все пребывают в одной большой ёмкости, в чём-то типа закрытого бассейна в привычной им среде. Работоспособный скафандр для выхода наружу сохранился только одни. Возможности находиться на станции без скафандра для них нет никакой, убьёт сразу. А вот на корабле людей чуть проще, он уже проверил. Если чуть повысить влажность воздуха, то можно выдержать несколько часов.
Осьминог всё излагал так, как будто Джерри уже согласился. Основная проблема – размер трюмов и погрузка. Через станцию бассейн просто не пролезет. Нужно всем отстыковаться, и осуществить погрузку через открытый космос. На «Вислоке» придётся убрать несколько съёмных переборок и тогда впритык должно поместиться. И конечно, при таких работах, силовое поле в помощь. С новым движком его можно хоть в трубочку свернуть вокруг шлюза, хоть оригами из него складывать. А что, интересная задача! Спасти раненых осьминогов и увезти их на край света, даром, что по пути. Оплата – сдельная, в виде неизвестно чего. Несмотря ни на что, Джерри такие заказы нравились.
Ещё одна проблема, впрочем, решаемая, обнаружилась, когда подтянулись остальные члены экипажа. У осьминога с доверием было как-то очень непросто. Он определял, кому можно доверять, а кому нет, на вид, не иначе. И если не доверял, то прямо об этом сообщал. Он доверял Фалатару, чуть меньше Джерри, Эду и Карлосу, а Квинт, скажем, оказался вне зоны доверия. То есть, доверяет он ему или нет – не важно. Когда подошли сёстры, да ещё и осьминогу сообщили, что одна из них – врач, он чуть не отказался от своей просьбы. Сёстрам он категорически не доверял. Пару его пространных высказываний о том, насколько сильно, Фалатар даже не стал переводить. Сказал – к делу не относится. Потом, правда, под гарантии Джерри и Фалатара, осьминог отступил. Даже немного извинился и сообщил что это у него – врождённое.
Врождённое недоверие к сёстрам Цок? Это как, скажите, пожалуйста?
Между тем экипаж, включая сестёр, против таких пассажиров никак не возражал. Карлос понадеялся, что можно будет расспросить про двигатель, хотя про то, что технологические секреты никому не достанутся, уже упоминалось. Эд принялся выяснять, чем они питаются, и когда выяснилось что живыми крабами и рыбой – поулыбался, что на станции как раз для них этого добра завезли выше крыши. Эмма восприняла близко к сердцу наличие раненых и попросила данные о физиологии, если лечить – нужно немного подготовиться.
На всякий случай Джерри спросил, а не будет ли с его стороны наглостью попросить осьминога и Фалатара ещё поговорить, чтобы можно было добавить информацию в корабельную систему перевода. Всё время через переводчика – неудобно всё-таки. Оба легко согласились.
Так и договорились. Осьминог ушёл к себе готовить повреждённый корабль к отлёту. Времени на всё оставалось меньше земных суток. Потом с его судном будет тот самый *швах*, неоднократно звучавший в его речи.
Старший инспектор Ш’Риг, которому в двух слова сообщили итоги переговоров, пришёл в восторг. Он захотел чем-нибудь помочь землянам, например, оплатить осьминожью еду и ускорить её доставку на «Вислоку». Также, он пообещал, если будет нужно, любую помощь дорогому другу Джеральду Ковальски и любое личное содействие в будущем, если потребуется. Пожелал удачно довезти головоногих, куда им там нужно. И попросил не взрывать их корабль близко к станции, лучше – отлететь за угол.
49.
С осьминогами стало попроще, когда подучили корабельную систему перевода их понимать. Но один момент остался – имена. Между собой они идентифицировали друг друга по запаху, насколько это можно сделать в жидкой среде, а для тех, кто общается посредством звука, они придумывали себе имена. Причём делали это по нескольку раз на дню. Когда-то давно, когда осьминоги только вышли в космос и повстречали соседей, им так понравилась идея звуковых имён, что они отнеслись к вопросу поименования очень серьёзно, чем нередко вводили тех самых соседей в ступор. Скажем, тот кто утром именовался Синий Неповоротливый, мог потом неожиданно стать Прозревшим Толщу Смысла, а потом – Завязавшимся в Узел Восемь Раз. Это, мягко говоря, дезориентировало. Всех, кроме осьминогов – им нравилось.