Джерри всегда был за нормальные человеческие отношения. Сработались и ладно, какая разница, что было у человека в прошлом. Бог с ними, с этими справками и документами. У кого работал, как себя зарекомендовал? Справку-то любую написать можно, если задаться целью. Может, неправ был, так нет же. Всё правильно. Хорошая команда, хорошие люди. Раньше точно были хорошие. Только вот ситуация какая-то непонятная. Да ещё место странное, вдруг не попадёшь. Всем сюда нельзя, а им теперь, выходит, можно. И, как говорится, что теперь как?
Лаура, или как её теперь звать, глядя на Джерри, отреагировала первой.
– Сейчас ты скажешь, что с места не сдвинешься, пока тебе всё не объяснят?
– Сдвинусь, наверное, но лучше бы объяснить, – развёл руками Джерри.
– Да, – подтвердил Фалатар, – пора бы уже, наконец.
Лаура повернулась к Фалатару и посмотрела на него так, как будто в первый раз увидела.
– Да кто же ты такой, «говорящий»? На наших совсем не похож, но иногда так говоришь, как будто или из них или всё про них знаешь.
– Поживи с моё, ещё и не так заговоришь, – безобидно улыбнулся Фалатар.
– Так, так! Дамы, и господа! Давайте уже начистоту, хотя бы кратко. Чтобы мне баланс понять. У меня на борту механик или командор отряда специального назначения? Или вообще кто? – продолжил Джерри.
– Да, ты прав, это мы подзатянули, – улыбнулась Лаура, – но ничего непоправимого. Всё объяснимо. Что касается вопросов субординации – это важно, поэтому не сомневайся, у тебя на борту механик. И команда спецназа. В одном лице. Но для тебя мы всё те же, и в наших отношениях, надеюсь, ничего не меняется. А Деянире я ещё дам по башке! Рапорт она писать вздумала. Подумаешь, неисполнение прямого указания старшего по званию. В такой ситуации и я бы на её месте тоже пошла на это нарушение.
– Ничего не понял. Продолжай, если у нас есть здесь время.
– Время есть, – вмешался в разговор Квинт. – Пришёл ответ с базы XXVII Пограничного легиона. В течение суток они могут быть здесь, если ситуация требует.
– Ой-ей! Нас готов спасать целый легион? Может, мы пока сами разберёмся? Вроде пока не убивают, если я правильно понял.
– Не убивают, – подтвердила Лаура, – а если попробуют… не попробуют!
– Значит, спасать не нужно, но приятно, – подытожил Джерри. – Нужно только разобраться с тем что на борту, а дальше – прорвёмся… наверное. Лаура, я тебя слушаю. Или вас?
– Тебя. Однозначно. И как бы мы тут не назывались, на «Вислоке» я бы попросила ничего не менять, если можно. Если кратко, мы в чём-то похожи на римлян. Только наши предки улетели с Земли ещё в то время, которого нет в ваших хрониках. Вернее есть, но уже в виде мифов. Улетели вынужденно, потому что могли погибнуть. И к тем, кто остался, долгое время сохраняли определённое недоверие. И сейчас многие сохраняют, чтобы ты знал. Но это к тебе, кэп, не относится.
Наше общество совсем не похоже на то, что сейчас у людей на Земле. Да и положа руку на сердце, не люди мы, хоть и близкие родственники. Можешь считать, что у нас всё не как у людей, но похоже. Наша цивилизация изрядно военизирована, так исторически сложилось. Ближайшее человеческое слово – амазонки, хотя мы называем себя несколько иначе. После ухода с Земли прижилось название – хелазоиды, в честь тех, кто увёл, и тем самым спас.
– То есть совсем амазонки? – Джерри попытался вспомнить хоть что-нибудь из мифологии, – которые брали мужчин со стороны, а потом их съедали?
– Это же была шутка? Ты имел возможность убедится, что мужчинами мы не питаемся, как и вообще людьми и их родственникам. Тем более, что свои мужчины у нас есть, очень немного, но есть. Ты даже одного видел. И разговаривал с ним. Короче, Джерри, всё сложно и всё просто. Я готовилась к этому разговору с самого прибытия на «Вислоку», и всё оттягивала. До сих пор не готова. Давай, пока всё как обычно, а как полетим отсюда, я расскажу менее сумбурно.
– Ну, давай, только зачем всё это? – Джерри тоже никак не мог найти правильные слова, чтобы вернуть ситуацию в привычное русло.