– Мы выходить не будем, но новые противометеоритные пушки давно пора проверить. Всё наведено. По команде – готов.
Электор и змееногий продолжали раскаляться без особого ущерба друг для друга.
Да чтоб он провалился туда, откуда взялся, этот адепт Великого Плана. Джерри поднял руку, понимая, что по его сигналу выстрелят все. И вдруг вспомнил о Фалатаре. Тот стоял рядом со сцепившейся парой, держал в руках клинок и чего-то ждал. Если пыхнет, ему не поздоровится. А если нет, то уже неважно.
– Фалатар, отходи!
Тот отрицательно покачал головой.
Ещё какая-то команда от Мирины и у всех, у кого были индивидуальные коконы поля, они затуманились и потемнели.
– По команде, залп и защита на все виды излучения. Кто не может, укрывайтесь, – выдал переводчик, – по необходимости – синхронно повторяем. До отмены приказа.
Джерри краем глаза заметил, как из-под завесы печали показался тот самый сатир. Его же накроет! И точно, сатира качало, но он держался.
– Эй ты, змея клонированная! Ну, вот он я, чего хотел?
Змееногий на мгновение отвлёкся, и это был шанс. Джерри махнул рукой.
Сказать что общий залп всех участников, включая ещё какие-то орбитальные мощности хелазоидов, ничего не дал было бы преуменьшением. Дал. Это было громко, сильно, ярко и разрушительно. Воронка на месте взрыва потом была такая, что её посещали все паломники Храма Второго Солнца. Когда облагородили и посадили цветы. Но сейчас Змееногий разве что покачнулся. А вот удара клинка Фалатара монстр не пережил. Пошёл трещинами, а потом как вспыхнул. Хорошо, у Джерри был кокон защиты, от адъютанта. Он сразу наглухо почернел, и максимум вспышки остался вне зоны видимости. Те, кто смогли выполнить команду Мирины – пострадали не так сильно, кто не смог, не погибли, но долго лечились. Такая интенсивность светового потока – не для обычных живых существ.
Готовившиеся зоны перехода сразу исчезли, и от римлян поступила информация, что на защиту больше никто не оказывает внешнего давления. А там и вторую базу додавили. Амазонки подтянули ещё какие-то резервы и дело пошло быстрее.
С делами космическими – это потом, сейчас понять, что тут наворотили. Джерри двинулся вперёд, командный центр без видимых усилий пропустил его, легко раздвинув две панели. Адъютант – в двух шагах сзади. Прямо как в генералы произвели, не спросив! В воронке стоял, как ни в чём не бывало, Электор, только светился слегка, и волосы взъерошились. Рядом на землю присел Фалатар, местами обожженный. Эмма что-то говорила, и к нему уже бежала группа амазонок, по виду – медбригада. Фалатар был в сознании, смотрел осмысленно, но было ему не сладко. Будь на его месте обычный человек, ему было бы уже всё равно. «Говорящий», похоже, из чего-то другого сделан, а Электор и подавно.
Туда же топал сатир, марево завесы печали куда-то растворилось. Сатир дошёл и обратился к Электору.
– А я тебя знаю, ты из Ти Танес.
– А я тебя – нет. Но очень ждал. Ты из заваривших эту кашу. А теперь будешь из тех, кто с ней покончит.
– Буду, куда деваться. А это кто? – сатир огляделся вокруг и заметил Джерри. – Ты меня помнишь? Я старался привлечь твоё внимание, но в том состоянии, в котором я был, это очень трудно.
– Нет, – честно ответил Джерри, – понятия не имел, что ты на борту. – Добро пожаловать в реальный мир обратно!
– Я тоже очень рад. Старался и добился.
– И заманил всех в ловушку, – констатировал Электор.
– Но мы же победили! И победим дальше, я разберусь, что тут у вас, и расскажу всё, что знаю. Кажется, я правильно придумал подождать немного. Надеялся, что всё успокоится. Но так – тоже ничего. Хм, – взгляд на Фалатара, – а это что за чудо?
– Вон. Из. Моей. Головы, – с усилием, отделяя одно слово от другого, как будто они давались с неимоверным трудом, ответил Фалатар.
– Уже ушёл, но поблагодарить то можно?
– Можно, потом.
Фалатару оказывали медицинскую помощь, он не сопротивлялся. Просто закрыл глаза и замолчал. А Эмма что-то говорила своим про различия в физиологии и уникальные особенности его организма. Джерри о них не задумывался. А она, как врач, похоже, была в курсе.
По итогам этого побоища амазонки потеряли почти взвод десантниц, Ханну легко ранили, сильнее всего досталось Фалатару. Но он справился, и восстановился быстрее, чем те, кому попортили зрение.