— У каждого из нас своя работа, Джонни, — уклончиво произнес Бун.
— И к черту Анджелу Харт, да? — взорвался Джонни. — Конечно, приклеить к папочке ярлык «самоубийство», и делов-то! Всего-то очередная сдохшая стриптизерша. Человеческих жертв нет.
— Ты же понимаешь, что ее смерть — не мое дело.
— Да, это дело мое, — согласился Джонни. — Руки за спину, Бун.
— Ты серьезно?
— У меня есть основания подозревать, что вы мешаете следствию, — официальным тоном отчеканил Джонни. — У меня также есть основания подозревать, что вы располагаете информацией, которая может быть полезной в расследовании дела об убийстве. Я уже подал запрос о получении ордера на обыск вашего дома, а пока арестовываю вас по обвинению в вандализме.
— Вандализме? — поразился Бун.
— Вы столкнули свой автомобиль с утеса, разрушив ограждение, возведенное муниципалитетом, — монотонно продолжал Джонни, — чем вызвали пожар на общественном пляже.
Бун молча повернулся и завел руки за спину. Джонни вытащил наручники.
— Что, даже с наручниками? А, Джон?
— Ну, раз ты ведешь себя как буйный нарик…
— Какие-то проблемы, офицер? — раздался ледяной голос.
В дверях показалась женщина, одетая в свитер и штаны Буна. Влажные, только после душа волосы поблескивали в темноте. Джонни узнал девушку, с которой Бун приехал в мотель «Гребешок», ту самую, что подошла рассмотреть труп. Акцент выдавал в ней англичанку.
— А вы кто такая?
— Петра Холл, адвокат.
— Что, у Буна завелся адвокат? — рассмеялся Джонни.
— В том числе и адвокат, — многозначительно произнесла Петра.
Взглянув на нее повнимательнее, Джонни понял, к чему это «в том числе». Вообще-то обычно Бун не спал со своими клиентками, но в случае с этой дамочкой его нетрудно было понять. Такая красотка, а уж голос и акцент… В общем, любой бы его понял.
— Прости, Бун, — сказала она, — я случайно услышала обрывок вашего разговора. Не знаю, что уж, по вашему мнению, вы там такое увидели, офицер…
— Детектив, — поправил ее Джонни.
— Извините, детектив, — не дрогнула Петра, — но, могу вас уверить, мистера Дэниелса сегодня на пляже не было. Я могу… как бы это выразиться… лично подтвердить, что он весь вечер провел здесь, в тепле и уюте. А что касается наручников, поверьте мне, мистер Дэниелс больше не проронит ни слова, а вы, услышав мое заявление, больше не имеете ни малейшего права задерживать его. Если вы все же арестуете моего клиента, то по прибытии в участок вас уже будет ожидать повестка в суд для решения вопроса о законности ареста. Так что будьте так добры, детектив, снимите наручники с мистера Дэниелса. Сейчас же.
Джонни снял наручники и повесил их обратно к себе на ремень.
— Спрятался за женскую спину? А, Бун?
— Совершенствую свои приемы, — ответил Бун.
— Заметно, — хмыкнул Джонни и взглянул на Петру. — Передайте своему «клиенту», что вскоре я вернусь с надлежащими бумагами. Посоветуйте ему не покидать город, адвокат. Кроме того, сообщите ему, что, действуя такими методами, можно легко лишиться лицензии частного сыщика. И, к слову о лицензиях, позвольте напомнить вам, что любой адвокат или работник правоохранительных органов, сообщающий ложную информацию полицейскому, ведущему расследование…
— Я знаю законы, детектив, — прервала его Петра.
— Как и я, уважаемый адвокат, — не остался в долгу Джонни. — Я вернусь с ордером, — сказал он Буну.
— Делай, что должен, Джонни, — откликнулся тот.
— Насчет этого не беспокойся, — заверил его Джонни. — Я рад, что ты жив, Бун. Но, продавшись страховой компании, ты выбрал не ту волну. Ты становишься подонком, серьезно.
Выложив это, Джонни развернулся и пошел к машине.
Бун смотрел, как он уходит.
Интересно, останется ли у меня хоть один друг после этого дела, задумался он. Это дело разрывало конвоиров на куски, и Бун не был уверен, что сможет когда-нибудь сложить эти куски заново.
Глава 85
Тедди Четверка продирался сквозь заросли тростника.
Спотыкаясь и падая, он пробирался вперед, к свету маленького костерка, расположенного на расчищенной от тростника лужайке.
Там на него наставили дуло дробовика. Молодой парень быстро вскочил со своего места, прихватив мачете. Старик же просто смотрел на него, все так же сидя у костра. Затем мужчина с дробовиком разглядел лицо Тедди и опустил оружие.