Выбрать главу

Зрящие во Ино пришли на Единение из малообжитых северных лесов. Почти сорок Зим они провели в бетонном убежище. Каждый носил синий форменный комбинезон с белым номером на груди и спине. Тёплую одежду не снимали даже в жаркое лето. В бункере племя измельчало: рождались слабые и очень мерзлявые дети.

Генераторы и насосы с годами выходили из строя. Прежняя ведунья учила соплеменников читать книжицы по ремонту, но такая наука не давалась подземникам. Вскоре случилось ещё одно страшное бедствие: Зрящие начали умирать — неожиданно валились с ног, не вставали с постели, падали во время еды, разговора или работы. На кострах успели сжечь нескольких соплеменников, пока одна из вест не услышала в груди своего «умершего» ребёнка слабое сердцебиение. Оказалось, Зрящие вовсе не умерли — просто уснули, но очень надолго, иногда на пять–шесть месяцев кряду, а просыпались страшно голодные и полные сил.

Ведунья оплакала тех, кого отправили к Предкам, а по сути — заживо сожгли на костре. Зато другие Зрящие выжили, да и сама жизнь в племени изменилась.

Две-три недели проснувшиеся чувствовали в себе небывалые силу и бодрость. До новой спячки они успевали запасти достаточно пищи для племени. А во снах происходило ещё кое-что необычное: прочитанные книжицы понимались, и Навь просыпалась, готовая чинить и пользоваться человеческой техникой.

Мироед набрал на клавиатуре команду. С верхушек деревьев взлетели маленькие винтокрылые машины, издали похожие на синиц.

— Твой черёд, — передал он компьютер Юлке.

Она с бережностью приняла человеческое устройство. На экране — десятки разноцветных квадратов, полосок, таблиц и окон. Только некоторые слова она понимала. На дисплее главными были красная, синяя и зелёная пиктограммы. Пока Юлка готовилась заняться компьютером, Мироед прикрыл глаза и медленно выдохнул.

Бронетранспортёр впереди колонны остановился, а за ним — весь обоз. Скрипнули тормоза, дружинники прицелились в дебри.

Командир колонны высунулся из кабины головного грузовика и крикнул в сторону транспортёра:

— Чё встали, полоротые?!

Люк броневика распахнулся, человек с круглыми от страха глазами вывалился наружу. Командир видел, как часто дышит дружинник, стискивает руками грудь, трясётся всем телом и стучит зубами. Другие десантники выскочили из транспортёра через люки и откидную рампу. Кто-то ещё держался за автоматы, кто-то бросил оружие и лез под солнечный свет, пытаясь хоть немного согреться. Экипаж покидал машину, точно сбегал из морозильника.

— Вот ведь… Вы чё?! — вытаращился командир на белых, как мел, десантников.

Серая волчица метнулась под транспортёр от обочины. В зубах хищник нёс сумку с проводами.

— Атака! К бою! — командир спрятался внутрь кабины.

Волчица нырнула между колёс транспортёра и выскочила с другого борта без сумки.

— Молодчина, Юлка, — шепнула ведунья и тронула в углу дисплея красную пиктограмму.

Грянул взрыв, пустой транспортёр покосился, из-под днища вылетел вихрь пламени. Люки хлопнули, как ставни на ветру. Грузовики сдали назад. Юлка нажала на зелёный восьмиугольник. Из лапок летящих в небе «синиц» на обоз упали дымовые гранаты. Всю дорогу заволокло белым смогом. Грузовик в хвосте колонны наехал бампером на замыкающий транспортёр, откуда выпрыгивал обмороженный экипаж. Поднялась сутолока и пальба. Люди стреляли сквозь смог по обочинам. Синюю пиктограмму Юлка нажала последней. В зарослях вдоль дороги затрещали сотни хлопушек.

— В нас стреляют! Со всех сторон! — закричал командир в грузовике.

Люди отстреливались на вспышки, только тяжёлые пулемёты на транспортёрах молчали. Ни в одном из броневиков не осталось ни десантников, ни экипажей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Гипотермия много раз выручала Зрящих во Ино — и не только в убежище. От старой ведуньи Мироед научился понижать температуру человеческих тел — всего на пару градусов, но и небольшого озноба хватало, чтобы грабители разбегались от бункера кто куда. Колдовство ощутили на себе и местные невегласе. Соседи прозвали ту землю Морозной Лощиной и верили, что где-то здесь уходит на летнюю спячку Зима.

Однажды невегласе нашли в лесу заснувшего охотника. Людям хватило ума догадаться, что он вовсе не умер, а спит, как змея или ящерица. Подземника отнесли к границам Лощины, и с тех пор говорили: «У Зимы свои слуги — Снежный Народ, у кого кожа серая, а жизнь долгая».