Выбрать главу

Вдруг за куртку схватила Сирин и потянула назад. Яр оттолкнул её прочь, но Сирин цеплялась, мотала растрёпанной головой и мычала. Что она могла знать? Неужто почуяла что-нибудь в лесном мраке?

— Женя была там, Палач. Свернула с дороги, — подъехала Дарья и слезла с волчьей спины.

— Поневоле. Конь понёс.

Следы копыт уводили в северный лес, где Звериный Дух Яра ощутил зло. Конвой навряд ли уехал без крестианки.

— Пойди и посмотри, — подсказала Дарья. Сирин крепче вцепилась в рукав, но Яр вырвал от неё свою руку. Вольга со Свирью пошли вслед за вожаком. Волки завертелись на месте, но сунуться в заросли побоялись. Сирин, как заполошная птица, налетела на Дарью, показывала пальцами, пыталась ей втолковать: лес опасен!

Но та прижала палец к её губам.

— Тс-с, не кричи.

Сирин отбила руку Дарьи, и Сава хмуро встал рядом. Вещунья холодно улыбнулась своим бывшим друзьям и влезла обратно на Баюна.

Светлый сосновый бор притаился за придорожными зарослями. Хоть засаде здесь негде было укрыться, но чужой взгляд будто бы наблюдал из-за каждой сосны. Навья стая проходила по одним и тем же местам. Все деревья в лесу для людей выглядят одинаково, а вот для подземников — разномастно: по оттенку коры, мелким шрамам и сучьям. И охотники быстро поняли: они блуждают «восьмёркой», как волки в неволе.

— Ще за блажь? — наконец разозлился Вольга.

— Морок! — уверенно заявил Свирь. И Баюн остановился. Яр поравнялся с Дашуткой.

— Чуешь ще?

Дарья повела головой — видела, слышала нечто из закрадного мира. Тихое эхо нашёптывало ей откуда-то сзади и сверху. Сосны уменьшились и похудели, как церковные свечи. День заволокся туманом — не гуще ложки молока в стакане с водой. Голоса множились, говорили на старом наречии: громкие, злые. В дымке выступили фигуры людей в грубой одежде, в руках копья, человек около пятисот; все копошились, вскидывали оружие — не то чтоб сражались, а скорее гнали кого-то. Из тесной толпы выкинули вон женщину. Она бросилась было назад, но ей пригрозили выставленными вперёд копьями. Уходить она не желала, зверем бегала перед людьми, искала лазейку, подныривала под копья. В толпе заплакал ребёнок. Выстрелило ружьё. Дробинки пробарабанили по сосне рядом. Женщину откинуло прочь.

Она поднялась, корчась и держась за левую грудь. Ноги едва волокли. Её никто не преследовал. Голоса стихли, люди исчезли в тумане. Осталась только всхлипывающая изгнанница. Она уходила, пошатываясь. Дарья тронула волка вослед, не желая терять её из виду. Навьи Рёбра побрели, чуть поотстав. Сава ощупал на сосне заросшие выщерблены от дроби и показал Сирин.

Дарья никого не вела, она следовала за беглянкой в тумане иномирного бора. Жалобный плач слышался совсем рядом, пусть хнычущая женщина ковыляла в полусотне шагов. Безумные слова захлёбывались, кого-то кляли, угрожали, бранились. Изгнанница бросалась бежать, но недалеко и недолго. Она скоро хваталась за грудь и прижималась к сосне. На коре оставался кровавый след, когда она отходила.

Мгла развеялась, сосны вытянулись и раздались вширь. Солнечный свет проходил сквозь тающий образ. Дарья успела заметить, как женщина удивлённо вскинула голову. Вдалеке за деревьями проступил мрачный короб больницы.

— Ой-вей, оседло Тепло! — воскликнул Свирь, и тотчас последние остатки тумана рассеялись, и призрак женщины — тоже.

— Оглядети надоть, — приказал Яр, и охотники разбрелись вокруг дома. Земля рядом с больницей истоптана: Навь нашла клочья рыжей собачьей шерсти, примятые кусты возле окон, пустые гильзы и свежие отверстия от пуль на деревьях и в бетонном заборе. Ночью здесь гремел бой.

У крыльца Яр тревожно прислушался. Из проломленной двери тянуло угрозой. Волчий Дух зарычал на людское Тепло. С потусторонними силами не совладать одной храбростью. Враг опасен, невиден. Но Яр со злобой шагнул на крыльцо.

На ступени перед ним вдруг запрыгнул Баюн и лёг поперёк входа.

— Зубами призраков не порвёшь, — спустилась Дарья со спины. — Внутри ждёт закрадная тварь. Палач любого врага победит… но я её мороки изгоню вон отсюда. Навеки.

Вольга и Свирь с тревогой переглянулись — как поступит Яр? Вещунья в этот раз зарвалась. Вожак смерил Дарью глазами и молча кивнул ей войти в старый дом первой.

Сава не выдержал: