— Смотрите! — окликнул Волкодав из охраны и показал лучом на стену. Поверх синей трубы примостилась жестяная коробка. От неё за трубу нырял провод и незаметно тянулся вдоль по стене.
— Это что?.. — затаила дыхание Женя.
— Сама знаешь… — Василий отщёлкнул фонарь, встал на цыпочки и подсветил коробку.
— Святые угодники… лучше этот ларчик не открывать. Что там за чудеса местные в него напихали — Бог его знает.
— В коллекторе сыро, и коробка заржавела, — пригляделся волхв. — Больше двух Зим тут лежит. А может, все пять или шесть.
— Если одну заложили, значит и другие найдутся, — подумал эфенди.
— Всё равно что на пороховой склад залезть… Ты куда завела нас?.. — Василий обернулся, но лычки и след простыл. Пока все смотрели на подрывной заряд, Солоха незаметно ушла в темноту вместе с Жиром.
— Вот шкура-Далила. Смоталась!
— Люда! — окликнула Женя. В тоннеле колыхалась чадь, капала невидимая вода. Но ни следа лычки.
— Да не зови ты её. Какой ей там Монастырь! Сказано тебе: шатуны не меняются, — отмахнулся Василий. — Вон в харчи как вцепилась. Ещё с больницы решила кинуть нас.
— Как же так! Если бы она только сказала, не села в машину — мы бы её отпустили!
— А чего ей не сесть? Мы её довезли.
— Пусть бежит к своей стае, раз с людьми не умеет, — покачал винтовкой Муса. — Воистину, неправедные — защитники друг для друга. Один Аллах — защитник для праведников.
— Без неё найдём, — утешал Воисвет. Женя смотрела в тоннель: хотелось надеяться — лычка одумается! Но волхв верно сказал: не надо ждать тех, кто сам себе решил выбрать дрогу.
Конвойные миновали ещё несколько развилок и поворотов. Порой приходилось нагибаться под трубами. Но вот подземный тоннель пошёл вверх, под ботинками застучала металлическая лестница. Василий толкнул плечом железную дверь и нацелился автоматом в широкое, приземистое помещение. Волкодавы проскочили вперёд командира в полутёмный бетонный зал.
— Чисто!
— Чисто! — друг за другом доложили они.
Тогда, под прикрытием волхва и эфенди, наверх поднялись Женя. Стоило ей войти в зал, как она поняла: конвой добрался до цели. Перед ней, низко к полу, выстроились ряды белых моторов. К моторам подходили синие трубы с красными метками. Над каждой трубой — жёлтый прибор контроля. Двигатели запускали чётко пронумерованные насосы. Строгий порядок машинного зала портило задубелое тряпьё на полу, жестянки и стеклянная посуда, вёдра, пакеты и дохлые крысы. Последних валялось целое сонмище. Без противогаза Женя не продержалась бы в зале дольше пары минут. Но за это время кутыши успевали набрать себе топлива и не задохнуться в парах новогептила.
Две трубы — грубо пробитые, с подставленными под них тазами. Студенистая, бесцветная слизь вытягивалась жирной струёй и капала в холмик кашицы. Тазы не могли удержать токсичное топливо: их стенки разъело, и часть слизи вытекла на пол. Бетон под лужами почернел.
— Тяжёлое дайте — инструмент, — попросила Женя у Волкодавов.
Ей подали разводной ключ. Она пошла вдоль синих труб, простукивая каждую по отдельности. Из десяти насосов пустовали трое. Топлива много: его могли качать из цистерн на железной дороге, из подземных хранилищ или по особому нефтепроводу, если к аэродрому такой подвели от какого-нибудь перерабатывающего завода. Дальше новогептил перегонялся на заправочную станцию возле полосы, а оттуда горючее для скайренов подвозили автоцистерны.
Василий приоткрыл дверь в другом конце зала:
— Снаружи чисто!
Женя сама поспешила выглянуть на улицу: перед выходом небольшая площадь из бетонных плит. На ней вполне мог развернуться конвой.
— Танкеры сюда. Прокинем рукав, включим насос и перегоним топливо из труб в цистерны. И никакого огня, ни искорки! Всё оружие и металлические вещи уберите вон.
Она вернулась к трубе, ухватилась разводным ключом за гайку и попыталась свинтить её, но та намертво приросла к резьбе.
— Тут уж не женское дело, — подвинули Женю Воисвет и эфенди.
Вместе они открутили приросшую гайку. Через двадцать минут снаружи машинного зала заурчали двигатели и скрипнули тормоза — бойцы Василия привели караван на площадку. Деловито заговорили, закликали автомеханики. Скоро через открытую дверь прокинули тяжёлый рукав. Волхв и эфенди открутили последние гайки. Едкая слизь потекла на пол. Тотчас водители подцепили рукав, снаружи затарахтел привезённый насос, и топливо хлынуло в автоцистерну.
Под звук глухого журчания Женя прислонилась к бетонной стене. Все стремления каравана булькали сейчас по чёрному шлангу и наполняли цистерну. Спасение для христиан, и не только для них. Всебожцы, магометане — все в Крае скоро узнают про кладезь новогептила. Но хватит ли топлива на всех алчущих? Истина проста: на всех никогда не хватает.