*************
Грамотно их разделили — сообща не сбежишь. И Клок этот, на аэродроме, хитрит, изворачивается, что-то знает про Берегиню, про её прошлое; знает такое, о чём даже сам Воисвет понятия не имеет. Слишком мало открыли ему, хотя вербовал его не последний человек в Двоеверии.
Воисвет подошёл к зарешёченному окну, вытащил задубелую тряпку и поглядел на огрызок серого неба.
Ксения чудесна. Воисвет полюбил её при первой же встрече, но иначе, чем влюблялись другие. При первом взгляде на неё люди как будто терялись. Очарование Ксении подчиняло, как сияние богини. Но немного таких, кто мог за её вышней прелестью разглядеть ум, решительность, силу. Способных разглядеть это людей — таких, как Берислав, волхвов Верховоды, и его, Воисвета, — Ксения приближала. Но далеко не все из них были заодно с ней по-настоящему.
На обратной стороне медальона Мирового Древа у Воисвета еле виднелись два кольца. Можно спутать с браком металла при выплавке. Но кто ищет — тот знает.
Поначалу Воисвет невзлюбил отчима Бритоуса за пьянство и ядовитый характер. Но тот вышел не так уж и прост. В доме отче-советника, когда они переехали туда с матерью, Воисвет наткнулся на тайную дверь, ведущую куда-то в подвал. Чтобы войти туда, пришлось изготовить свой ключ. Воисвет подозревал, что Бритоус скрывает в подвале нечто такое, о чём ему и матери лучше не знать. Но в подвале он не нашёл ничего особенного, кроме тщательно разобранной электроники. Среди вороха плат, проводов и мотков проволоки он увидел рукописную схему штырей, соединённых стрелками в треугольник. Рядом небрежными столбцами стояли расчёты. Над рисунком был начертан опасный и заповедный для Верховоды знак Чёрного Солнца.
— За такое и убить можно, — раздался голос у выхода. И ведь правда, отчим тогда запер дверь поплотнее и, наверное, мог разделаться с ним. И всё же выбрал другое. В тот день Воисвет узнал часть правды об Окольцованных — что они спасают мир для людей, и что Бритоус женился на его матери неспроста, а ради него — Воисвета. Он не попал под очарование Ксении, покуда другие воспитанники верховоды дрожали и таращились на прибогиню. Тогда он спросил у неё: «Видела ли она Отца-Рода?», и до сих пор помнил ответ: «И сейчас вижу», — прикоснулась Ксения к его подбородку удивительно нежной рукой.
Через пару дней Бритоус появился в их маленьком доме на окраине Китежа, но его мать Ольга не сразу согласилась выйти за отче-советника. Вспоминала отца, да и слишком странными и пугающими были ухаживания знатного чина за бедной вдовой. Соседки шептались да охали, но дорогие подарки она отсылала назад, разговаривала с Бритоусом учтиво, но сухо и строго. Может дело было в старом скитальце, кто помогал их семье. Воисвет помнил его последнее ночное появление. На дощатом столе горела всего одна свечка. Скиталец с матерью разговаривали вполголоса — думали видно, что Воисвет уснул за перегородкой. Мать плакала, а скиталец утешал, и утром ушёл навсегда, а мать решилась выйти за Бритоуса.
Если бы Воисвет тогда знал, что всё дело как раз в старом скитальце, а вернее — в его необычной семье.
Быстро захлопали крылышки. На обломок стекла прилетела пичуга с жёлтеньким хохолком. Королёк весело зачирикал, поглядывая на Воисвета то одним глазиком, то другим. Он поднёс палец, и королёк перепрыгнул. Оглаживая птичку, Воисвет снял с лапки контейнер и вынул записку. Прочитав её, бумажку он разорвал и спрятал клочки в карман.
— Только бы поскорее… — прошептал он корольку. Из-за стены донеслась певучая молитва. Воисвет поднял голову и увидел в углу вентиляцию. Всё-таки прежде это были обычные магазины, подсобки и комнатки для отдыха служащих, а не тюрьма.
— Муса! — негромко позвал он.
Пришлось подождать, пока магометанин откликнется.
— Чего хочешь?
— Клок тебя о чём спрашивал?
Муса помолчал.
— Хотел, чтобы я вас продал.
— Я тоже не продал, — разом ответил и за него, и за себя Воисвет. — Клоку Берегиня нужна. Я знаю, она тебе враг, ты бы её хотел, наверное, мёртвой видеть…
— Дело не в ней.
— Дело в нас, — сразу договорил Воисвет, — в язычниках, мусульманах и христианах — во всех, кто хоть во что-нибудь верит и сам себе запрещает. Например, запрещает друзей предавать. Помнишь, как говорилось? «В начале было Слово». Кто Слово имеет — тот и Человек.
— Не только кто Слово имеет, кто его слышать может — Человек, — добавил Муса.
— И у кого Сердце Вещее заболит и разум изменится, когда он Слово услышит. Ибо в Сердце Вещем — есмь Бог.
— А Бог — это Слово, — подвёл магометанин и замолчал. Оба думали об одном и том же.